Галкино счастье

А ведь обычно происходит как раз наоборот: согнать лишнее с живота сложнее всего.

— Ты уверен, что стоит…

— Я знаю, что делаю, — перебил ее Легран, словно угадав, что она хочет сказать.

— Все будет законно? — встревожилась Галина, не желая, чтобы Эруарда схватили и отправили на рудники.

Легран посмотрел на нее и кивнул.

Галя прищурилась. У нее было подозрение, причем довольно сильное, что ее пытаются обмануть. Она сразу вспомнила, при каких обстоятельствах встретила этого человека. Он явно не был самым законопослушным подданным королевства.

Галина Николаевна поразилась тому, что все это время ее совсем не волновало, что Эруард может оказаться настоящим убийцей. Он защищался, успокоила она себя.

— Ты не надела? — слегка неуверенно спросил Эруард, мельком взглянув на ее свободные запястья.

— Что? — Галя проследила за взглядом, а потом подобралась. Точно! Как она опять могла забыть о чем-то важном? — К слову, об этом, — начала она строгим голосом.

— О чем ты? — Легран состроил невинный взгляд в ответ.

— Не строй из себя непонимающего, — укорила его Галина. — Зачем тебе это? Я про ухаживание. Какой в этом смысл? Это какая-то игра? А может быть, ты хочешь прикрыться мной от кого-то?

— От кого? — Эруард непонимающе моргнул, перестав жевать.

— Я не знаю, — произнесла Галя, вспоминая первое время, когда они постоянно спорили и ругались.

— Ни от кого я тобой не прикрываюсь, — фыркнул Легран. — Вот придумала. Тебе не приходило в голову, что ты мне просто нравишься?

Галя застыла, удивленно глядя на мужчину перед собой. Такая мысль ей, конечно, приходила, но она считала, что подобный сценарий маловероятен. В конце концов, Легран ведь всегда был недоволен ею. Не он ли вечно кричал, что она совершенно не похожа на леди? Что изменилось?

— Учти, — начала Галина, предупреждающе прищурившись, — я не собираюсь меняться.

Она немного лукавила. Конечно, Галина Николаевна действительно не собиралась полностью изменяться в угоду тем, кто не имел для нее никакого значения, но она все-таки со временем поняла, что это другой мир с другими законами и их нужно хотя бы знать, а еще лучше — принимать. Люди во все времена не любили тех, кто отличается.