Галкино счастье

Посмотрев на книгу, Галина Николаевна ощутила себя ребенком, перед которым положили что-то новое и интересное.

После этого она некоторое время провела за чтением. Остановилась, только когда Умник начал тревожно подергивать хвостом. Закрыв книгу и положив ее на тумбочку, Галя села рядом со зверьком и задумалась.

Галина помнила о возможной опасности, поэтому не выказывала раздражения из-за того, что пришлось прерваться. Даже того, что она уже узнала, ей хватит на пару дней. Новую информацию нужно было осмыслить.

Для начала она поняла, что книга не была принесена в ее комнату кем-либо.

Галя отнеслась к этой информации немного скептически. Впрочем, все магическое находило в ее душе некоторое сопротивление. Всё-таки довольно сложно изменить мировоззрение за такой короткий срок.

В общем, по всему выходило, что книга привязана к этому телу с рождения, и, судя по тому, что она может ее видеть, некое мистическое зрение пробудилось.

Как работает это зрение? Что оно дает? Магическая сила — это свойство души или тела? Если души, то почему она переняла этот дар, если Висконсия ушла? Если тела, то как это работает и где скрывается? Галя хорошо помнила, что с ее зрением ничего странного в последнее время не происходило.

Но больше всего Галину заинтересовала информация о каком-то испытании.

Галя сама не понимала почему, но упоминание об этом вызывало в ее душе смутную тревогу, правда, касалась она вовсе не будущего, а прошлого."

"Кинув взгляд на книгу, Галина сжала губы. Ей хотелось узнать больше, но она взяла себя в руки и не стала трогать фолиант. Умник, наблюдающий за ней, слегка расслабился и довольно пискнул.

Стараясь избавиться от навязчивой мысли прочесть книгу за один раз, Галина Николаевна обратила все свое внимание на ремонт.

На следующий день она отправилась на встречу с Жакаром. Мужчина оказался весьма примечательной личностью. По крайней мере, назвать его внешность обычной не поворачивался язык.

Глава строителей был кудрявым, низкорослым и болтливым. Черные волосы, отливающие на солнце краснотой, завивались настолько сильно, что выглядели сжатыми пружинами. Нечто подобное Галина видела только у африканцев.