Ответный удар

— Капитан, сигнал от флагмана. Двадцатиминутная готовность. — Голос Селины был ровным, и волнения в нем не ощущалось — она проходила сквозь Лимб[9] не в первый раз.

— Вижу. Всем занять места по боевому расписанию.

Селина Праа передала его команду. Она была хорошим помощником, надежным, компетентным и, вероятно, способным к большему, чем служба на малом фрегате-разведчике. «Первый помощник капитана крейсера» звучало бы много солиднее, а тут она даже звания «первый» не носила — «Коммодор Литвин» был невелик, так что второго, третьего и других помощников тут не полагалось.

Но на любом из трех космических флотов честь оказаться в отборном экипаже ценили выше должностей.

Коркоран повернулся к экрану локатора. В его глубине, выстраиваясь редкой цепочкой, ползли силуэты огромных боевых кораблей: самый ближний — флагман «Европа», на котором он служил еще недавно, а за ним — пять сестриц, и все на «А», пять тяжелых крейсеров из той же серии — «Азия», «Америка», «Африка», «Австралия» и «Антарктида».

Группа «37», как она числилась в секретном списке Третьего космического флота, или эскадра ответного удара, как называли ее неофициально. «37» не было номером подразделения и не означало чего-то подобного тридцать седьмой модели корабля или модификации оружия; символика была иной, напоминавшей, что с момента Вторжения фаата миновало тридцать семь лет. Больше трети столетия; вполне достаточный период, чтобы разобраться с тайнами чужого звездолета, создать свои, не столь гигантские, но мощные, обшарить окрестности Солнца в пределах тридцати парсек и призадуматься о возмездии. Каким оно станет, было известно лишь Карелу Врбе, коммодору и командиру группы «37»; лишь он имел доступ к директивам Комбеза и документам, врученным лично Вторым спикером. Вообще-то вести эскадру должен был Павел Литвин, но люди предполагают, а Бог располагает и отмеряет каждому человеку свой жизненный срок… После смерти Литвина командира подбирали с особым тщанием, и Врба был, очевидно, наилучшим кандидатом — опытный, хладнокровный, еще не старый и готовый выполнить любой приказ. В Сражении у Марсианской Орбиты погибли его отец и старший брат, и Врба пришельцев ненавидел лютой ненавистью. Но личные чувства не влияли на его решения."

"В рубку вошел Николай Туманов, первый навигатор, молча отдал капитану честь и уселся в кресло у терминала АНК[10]. За ним тенью проскользнул Клаус Зибель, переводчик, эксперт и офицер Секретной службы ОКС.