Ответный удар

Человек и компьютер должны были выбрать одно, и этот выбор подтверждался словом.

— Огонь!"

"Залп ушел в пустоту. Отметки на локаторе ползли к краям экрана, боевые модули фаата продолжали разбегаться, как муравьи из горящего муравейника. Смысл их эволюций был непонятен — они удалились от «Коммодора Литвина» на двадцать-тридцать километров и, кажется, не собирались обороняться или нападать. Больше того, они не стреляли! Они шли к Роону широким конусом, словно пытались избежать преследования, — «Литвин» мог бы догнать один аппарат, но не всю рассредоточенную группу.

— Что творится? — пробормотал Туманов. — Хитрость какая-то?

— По-моему, они уходят, — сказала Селина Праа, недоуменно морща лоб. — Возвращаются на планету.

Навигатор вытер кровь с виска.

— Не будем спешить. Вдруг какой-то тактический ход… Пелевич, ты как думаешь?

— Думаю, что они уносят ноги, — отозвался оружейник. — Но лучше бы нам обождать. У нас есть чем заняться.

— Есть, — согласилась Селина. — Эрнандес, смени Линдера — пусть отправляется в медблок, Кро нужна помощь.

— Да, мэм. Он…

— Линдер тебя сменит. Иди в трюм. Примешь Бо Сантини. Может быть, он еще жив… Подготовь второй саркофаг. — Она подумала и добавила: — Пелевич, я не отменяю «красную тревогу». Стрелкам оставаться на местах.

Приемные шлюзы раскрылись, «сапсаны» один за другим исчезли в их темных глотках. Корпус истребителя Сантини был оплавлен, и Праа подумала, что пилота — или его труп — придется вырезать лазером.

Едва она подумала об этом, как над приемным устройством вспыхнул свет и закружились глифы. Передача шла голосом и символами; голос Борсетти, офицера-связиста, был едва слышен, но глифы дублировали информацию. Праа, Туманов и Ба Линь глядели как зачарованные на пляску темных знаков, воспринимая их с привычной легкостью и почти не слушая Борсетти.

— Всему экипажу: отмена «красной тревоги». Сообщение с «Европы». Включаю трансляцию.

Они прослушали передачу еще раз. Теперь голос офицера связи был ясным и отчетливым. Туманов расстегнул кокон и отодвинулся от панели АНК, Ба Линь сидел сгорбившись и опустив голову — напряжение боя еще не покинуло его. Снова дождавшись конца передачи, Селина наклонилась к интеркому:

— Доклады.