Отпуск галактического размаха

— Мы только маленьким тягачом! В систему не лезли. Я знаю, что нельзя.

Человек присела на корточки, заглядывая ко мне.

— Ты вылезать будешь? — Ее глаза блеснули чем-то опасным."

"— А надо? На диване неудобно, даже без рогов. Он короткий, — хвост судорожно дернулся, — и, точно, я сейчас без маскировки! Устал маскироваться. А ты пугаешься.

— Ничего, я потерплю. Вылезай! — В голосе проскользнул металл. Ей не понравился подарок? Почему она злится? Или это из-за тягача? Так я вроде ничего такого не делал, сказал же, что в систему не лез.

Я вылез из-под родного уже предмета мебели и встал перед самкой, тяжело вздыхая.

— Нда… — Она оценила мой измотанный и помятый вид, складывая руки на груди в защитном жесте. — Красавец! В гроб краше кладут. И стоило это того?

— Я сейчас не могу добыть или создать тебе другие ресурсы. Не могу построить гнездо. А жить со злой и голодной самкой — это страшно. Даже если есть Марсик.

Человечка вздернула брови, но внешне ничем не выдала своего отношения к моим словам.

— Я тебе завтра программу про шимпанзе включу, посмотрим, где ты в космосе будешь бананы искать. Пошли со мной! — Она развернулась и направилась на выход из гостевой каюты. Мы прошли совсем немного по коридору, и она указала мне на уже знакомую комнату с пищей. — Есть и спать. Не нравится диван — хоть на полу спи. Но на кровать даже не надейся! Надо было искать яхту с запасными предметами мебели, раз уж бежал от своих, — ехидно фыркнула Лора.

Страха не было. Похоже, в этот раз ее уже не так раздражал мой настоящий вид.

— Пол — это хорошо, он большой и прямой, — удовлетворенно кивнул я. — А что сегодня можно съесть? — На мои слова громко отозвался голодный желудок. Мда, этот камень стоил мне много внутренних ресурсов, а самка на него даже не посмотрела. Еще и дрянью назвала. Пингвины были неправы?

— Для больных и немощных — куриный бульон. — Передо мной поставили вкусно пахнущую миску и вручили ложку.

Марсик закричал особенно жалобно, и самка на какое-то время отвлеклась на него, доставая и ему что-то вкусно пахнущее, прежде чем сесть напротив, разогрев себе то же самое, что было и у меня.

— Ну, я слушаю…

Глава 13.