Отвергнутые жёны, или Амазонки поневоле

Выбралась на берег и принялась натягивать одежду, но на мокрое тело она лезла с трудом.

И снова послышался лукавый смешок. Обернулась. Кир, подобравшись поближе, с восторгом разглядывал моё обнажённое тело.

- Эй, а ну, отвернись! - вот что за бесцеремонность?!

- Брось, Ана, будто я не видел, как ты купаешься в нашем пруду, - лукавая улыбка блуждала на его чувственных губах.

- Совести у тебя нет, - пробурчала я, прячась за кустами.

- А в своих краях ты тоже одна такая? – спросил Кир.

- Какая такая?

- Светлая? Твои волосы сияют, словно солнце, а кожа, как млечный сок, белая.

Вот так первобытные дифирамбы, да в душе Кира живёт поэт! Я улыбнулась:

- Нет. Таких много, но темноволосых всё же больше.

- Ты красивая, - довольно протянул мужчина.

- Спасибо, - рассмеялась я, - пошли, Пушкин мой первобытный.

- Кто это?

- Тоже говорил женщинам красивые слова, - усмехнулась я. Не объяснять же Киру про поэзию.

- Он, наверное, хороший воин, - улыбнулся охотник.

- Не то слово, - рассмеялась я.

Мужчина внезапно остановился, прислушиваясь к чему-то, приложил палец к губам.

- Там! – Кир указал куда-то в сторону, - тигры, я их слышу.

- А вдруг не наши? - спросила с тревогой.

- Наши. Голос Рэя я узнаю всегда.

Взяв меня за руку, Кир уверенно пошагал навстречу густому кустарнику. Продравшись сквозь плотные и довольно колючие заросли, выбрались на поляну и очутились перед небольшим гротом. Пещера была с довольно широким, хоть и низким сводом, всё вокруг засыпано крупным песком.

Перед входом лежали Гай и Рэй. В темноте грота виднелись очертания Таи. Тигры подняли головы и оскалились, прижав уши.

- Что это с ними? - удивился Кир.

- Стой. Они охраняют Таю. Любой самец сейчас для них враг. Меня, может, подпустят.

Раздался глухой рык, Рэй хлестал по бокам хвостом, но в глазах была растерянность.

- Тише, мальчик. Это я, - старалась говорить спокойно, без страха.

Мышцы у зверей напряглись, ещё чуть-чуть и они кинутся. Я стояла, не двигаясь, ждала, когда звери поостынут.

У Рэя в горле клокотало, он тихо рычал, но скалиться перестал.

- Тая, - позвала тигрицу: если она спокойно подойдёт, то и тигры не нападут.

Но та не отзывалась и не выходила.

Гай и Рэй не сводили с нас глаз.

- Что это с ним? - продолжал недоумевать Кир.

- Они охраняют своё потомство, решают, можно нас подпустить или нет.

Если тигры не позволят нам приблизиться к Тае и малышам, то нам придётся с ними распрощаться.