Древесный маг Орловского княжества (том 5)

И никто даже не вякает, когда примыкаю. Однако, увидев меня, Морозова нервно рвёт коня вперёд, отрываясь от нас и задавая свой темп.

А я, чёрт побери, так устал!

Но кто же спрашивает? А тем временем до земель Мрака остался один рывок.

Глава 4

На топях Водуна

К полудню мы останавливаемся на привал в глухом лесу. После заросших земель Искрена удовольствие скакать по открытому полю, взирая на просторы с ветерком, продлились не более часа. Теперь мы ворвались в болотистую местность под глухие кроны, где нас стали донимать голодные и наглые комары.

Надежду даёт, что мы не заблудились, ещё проклёвывающаяся тропа и следы каких–то указателей. Но в целом, тенденция понятна. Мы уходим всё дальше в какую–то клоаку. Которую выбрал себе Мрак не потому, что ему там нравится. А потому что соваться никто в неё не желает. Кроме кучки идиотов.

Быстро развернув походную палатку, я завалился спать на настиле, который сам и состряпал из корней. Жужжащие комары бесили примерно минуту. Ради интереса подловил одного у себя на коже и попытался взять под контроль.

Когда вышло, я возрадовался, как ребёнок. И с азартом стал лупить других комаров, легко настигая своим аватаром. Когда в палатке уже не осталось ни одного с «эскадрильи Лафайет», довольный я уснул мёртвым сном.

Думал, растолкают примерно через сорок минут, как и собирались. А проснулся сам, почуяв что время к вечеру. И расслышав за пологом треск от несколько костров. С одной стороны порадовался, что мне дали поспать. А с другой — насторожился, почему мы не двинулись дальше, потеряв полдня?

Когда выполз, быстро нашёл глазами Морозову. Она сидит за отдельным костром с двумя витязями и магичкой Есенией. Видно, что графиня в расстроенных чувствах.

Можно было пойти к адептам за большой костёр, на худой конец к мастерам приказа, но я решил устроиться среди «командования». Тем более, участок брёвнышка деликатно уступил Благояр, немного подвинувшись.

— Да неужели, — хмыкнула Галина, не отрывая от меня недовольного взгляда. — Выспались, ваше величество?

Не стал язвить в ответ, уселся, молча.

Есения посматривает на меня с глазами почерневшими, полными ужаса. Щека у неё распухла, вид жалкий.