Отбор для ректора академии

— Я лишь единственный раз покидала окрестности Бурсбурга, поэтому ваши слова о путешествиях сыграли немалую роль. — Я представляла, что распорядитель — это один из моих клиентов в лавке Спригатто. Живое воображение позволяло мне не нервничать.

— Вы совсем не думаете о победе?

— Победе? Не-е-ет. — Я активно завертела головой. — Это… невозможно.

Мужчина нахмурился. Мне не стоило высказываться столь демократично.

— Вы производите впечатление девушки, которая твердо знает, чего желает. Впрочем, я могу ошибаться. — Его лицо больше ничего не выражало.

Валентин повернулся, собираясь уйти, но я окликнула его, без промедления попросив о помощи. Я нуждалась в одежде, хотя бы в одном комплекте, и в банальных предметах личной гигиены. Маг выслушал меня и пообещал отправить кого-нибудь в общежитие к моей соседке, чтобы она собрала необходимые вещи.

Главное, чтобы Маргарет находилась дома…

Валентин ушел.

Осмотрев комнату, я твердым шагом направилась к окну, плотно запахнула его и наложила сверху заклинание.

Слова рыжеволосого мужчины оставили неприятный осадок. Только вот почему? Мне должно быть все равно.

Присев на краешек кровати, я глубоко задумалась, раскладывая по полочкам события сегодняшнего утра. Теперь мне казалось, что все сложилось как никогда удачно. Если постараюсь, гримуар станет моим. Но все равно на задворках сознания таилась мысль о том, что все получалось слишком легко и складно.

Раздумья прервал стук в дверь. Я открыла, впуская горничную с подносом в руках.

— Ваш завтрак, леди, — сообщила она.

Я посторонилась.

— Разве претендентки не должны были позавтракать вместе? — озадаченно спросила я, прикрывая дверь.

Девушка поставила поднос на низенький столик и, повернувшись, нервно сцепила руки в замок перед собой.

— Вы не приглашены. — Она потупилась.

— Почему? — недоумевала я.

— Госпожа Анелин просила передать, что в следующий раз вам стоит принимать взвешенные решения и не отнимать ее время.

Анелин — женщина непростая… Прогневив сестру императора, я еще легко отделалась. Запрет на общие трапезы меня не огорчил — я предпочитала одиночество удушающей атмосфере соперничества, зависти и подлости."

"Чутье подсказывало: пройдет несколько дней, и на отборе станет не продохнуть и не расслабиться.

— Ладно. Спасибо. — Легко ответила я.