Одна Надежда на двоих

Выйдя из детской, девушка направилась на поиски Вячеслава и нашла его в кабинете, в который зашла, предварительно постучавшись, все еще помня, как он может быть груб, если к нему заходить без разрешения.

- Куда это вы? - недовольно спросил мужчина, как только увидел их при всем параде.

- У меня встреча с другом за ужином, - сказала она. - Мы вернемся через пару часов.

- Свидание, - мрачно констатировал он.

Лиза едва удержалась от желания закатить глаза.

- Какая тебе разница? Я просто хотела предупредить, что ухожу.

Она повернулась, чтобы выйти, но после его следующей фразы, замерла в шоке.

- Я не разрешаю.

Напряжение, образовавшееся в комнате, можно было резать ножом. Даже Надя на ее руках притихла, чувствуя приближающуюся бурю. Лиза медленно повернулась, глубоко дыша, чтобы не сорваться на крик от возмущения. Она, конечно, знала, что этот мужлан тот еще тиран и шовинист, но чтобы он смел ей что-то не разрешать!?

- Знаешь, куда ты можешь засунуть свое разрешение, Абрамов? - прошипела она.

"- Да иди ты на все четыре стороны! - рявкнул он, обрывая ее. - Я Надю не разрешаю таскать по свиданкам с твоими мужиками! Она останется дома. Разве я не предупреждал тебя, чтобы ты не водила сюда своих мужиков? Предупреждал. Это значит, что я не хочу видеть рядом со своей племянницей кого ни попадя. Иди одна.

Лиза просто кипела от гнева и унижения.

- Жени нет, чтобы присмотреть за ней, - сказала она сквозь зубы.

- А мне плевать! Она останется дома. Со мной. Точка.

- Прекрасно, - фыркнула Лиза, решительно подходя к его столу и всучая ему ребенка. - Приятного вечера! Постарайся не покалечить ее к моему возвращению.

Он одарил ее оскорбленным взглядом и поднялся с кресла, направляясь вслед за ней к выходу. Их пути разошлись в коридоре - Вячеслав пошел в детскую, а она села на скамеечку у входной двери, чтобы натянуть на себя сапоги.

- Перед уходом сними с нее комбинезон, - явно чувствуя себя неловко, сказал мужчина. - Он слишком тесный и я боюсь случайно сломать ей руку.

От нелепости этой ситуации на Лизу напал истерический смех. Она едва держала себя в руках, но смешок все же вырвался наружу и, недоуменное выражение лица Абрамова лишь усугубило ее состояние. Она захохотала, держась за стену и сгибаясь пополам.