Ничего, кроме обольщения

— Только американец мог задать этот вопрос. Объясни ей, Тони.

Энтони хмыкнул.

— Светское общество, дорогая, особенности аристократической среды. Он был лордом. Пожалуй, невозможно было представить, чтобы девка из таверны появилась у его двери с ребенком на руках.

Кэти уже собиралась фыркнуть, но Джеймс продолжил свой рассказ.

— Так или иначе, я к тому времени переехал на Карибы, она это узнала, и они с сыном тоже переехали туда. Но это большая территория. И она не знала имени, под которым я там жил, поэтому у нее действительно не было никаких шансов найти меня.

— А я и не заметила этого, — вставила Кэти.

Джеймс усмехнулся.

— Он усердно учился. Конечно, и я, и мой первый помощник постоянно давали ему под зад, напоминая о правильной речи, таким образом парень быстро выучился. Я взял его в море с собой на несколько лет, но это оказалось слишком опасно, поэтому я купил нам плантацию на островах, намереваясь дать ему постоянный дом. Но у меня оставались счеты кое с кем в Англии, это заставило нас вернуться туда. А впоследствии я воссоединился с братьями и навсегда вернулся в Англию.

Кэти нерешительно спросила:

— Ваша семья приняла Джереми без каких-либо колебаний?

— Моя милая девочка, именно по этой причине я поделился с тобой своей историей. Конечно, приняли с радостью. Ты поймешь, что Мэлори очень, очень сильно ценят семейные узы. Мы кормим и защищаем то, что нам принадлежит.

— Да, мы любим даже нашу паршивую овцу, — добавил Энтони, ухмыльнувшись брату.

Но Джеймс тотчас же зловеще парировал:

— Заткнись, старик, прежде чем…

Энтони перебил его, закатив глаза.

— Да, да, знаю, прежде чем ты поможешь мне сделать это.

Кэти, переводя взгляд с одного на другого, спросила:

— Вы двое и вправду ненавидите друг друга?

— Боже правый, что навело тебя на эту мысль? — произнесли они оба едва ли не одновременно.

Кэти проглотила смешок.