Судьба по книге перемен

С появлением Мани, Вольки, игрушечной собачки и Сергея, который купил воздушные шарики, мать перестала так сильно бояться, и Марфа перестала тоже.

На обратном пути все молчали, думали каждый о своём. Даже Маня ни разу не вернулась мысленно к началу путешествия, когда всё было так славно и весело и радуга висела в водяных брызгах!.. И не успела пожалеть о том, что опять всё изменилось, судьба повернула в другую сторону и она не успела насладиться тем хорошим, что было с ними только что, совсем недавно!.

– Маня, – Лев присел рядом с писательницей, – что ты задумала?

– Ничего.

– Я прошу тебя всё же рассказать мне.

Маня скосила на него глаза. Вид у него был озабоченный.

– Мне нужно проверить одну штуку, одну догадку, – призналась она. – Но её можно проверить только в квартире у тёти.

– Разве квартира не опечатана?

Маня вздохнула:

– Опечатана, конечно.

В том, что она уже возвращалась в опечатанную квартиру, решено было не признаваться. И вообще! Лучше бы Лев сейчас ни о чём её не спрашивал и даже на неё не смотрел!..

Ей казалось, что он прямо-таки читает её мысли. Он смотрит на неё и понимает, о чём она думает.

Странное ощущение.

– Я тебе всё расскажу, – вдруг сказала Маня. – Мне только нужно додумать до конца.

– Давай додумаем вместе, – предложил Лев.

И она чуть было не решилась! Вот ещё секунда, и согласилась бы, и выложила бы всё, что знала, вернее, о чем догадалась, но тут катер взревел гудком и стал плавно разворачиваться, и Маня ничего ему не сказала.

Они пришвартовались у Синего моста, капитан откозырял, матрос выставил сходни. Сергей вернулся с носа и взял Марфу за руку.

Лёле показалось, что на прощание.

– Смотри, папа, какой корабль! Это настоящий? – заговорили сверху, с набережной.

– Ну, конечно, настоящий.

– Ух, здоровый какой! А почему он здесь стоит?

– Никогда тут пристани не было, – поддержал женский голос.

– И везде пристань! – хохотнул мужик.

– Давайте тоже на нём покатаемся!

– Мы в другой раз покатаемся!..

– Я хочу на этом!

– На этом нельзя!

Опираясь на трость, Маня кое-как взобралась по ступеням, с силой выдохнула – больно было подниматься – и посмотрела на семью, которая обсуждала их «плавсредство», как давеча выразился Лев.