Невеста из проклятого рода

Мельком он отметил, что она обратилась к нему на «ты» и безо всяких титулов. Впрочем, и ситуация была далекой от приличий.

― Мне нужно намазать… ― заговорила Сильвия, а потом тряхнула головой. ― Может, для начала ты выйдешь?

На секунду Эйдана охватило чувство вины. Конечно, девушка не заслужила подобного обращения, но ее реакция позабавила его и стала глотком чистого воздуха. Да любая из девиц на балу руку бы отдала за такое. Да, ее репутация могла быть испорчена, зато и шансы на брак с герцогом ощутимо возрастали.

― Конечно.

Мужчина плюхнулся на стул Вилли. Где же носит лекаря? Сильвия вышла из-за перегородки спустя несколько минут. Ее лицо все еще было красным, но руки были сжаты в кулаки.

― Прости! ―Эйдан покачал головой. ― Я не знал, что ты там. Обычно за ширмой Вилли спит.

― Вилли? ― девушка подняла брови. ― Это тот рыжий лекарь?

― Так что ты там делала?

Почему-то герцогу жизненно важно было узнать ответ. Ее обнаженная спина все еще стояла у него перед глазами.

― Из-за запертого дара у меня вся кожа зудит, ― смущенно отозвалась Сильвия.

― Хочешь, помогу тебе намазать спину?

Эйдан и сам не понял, как фраза сорвалась у него с языка.

― Вот еще!

Сильвия вновь ощетинилась и взглянула в сторону двери. Кажется, компания мужчины нервировала ее. Однако он не дал ей уйти: он подался вперед и спросил:

― Слушай, это платье дорого тебе как память? Прости, если я обижу тебя, но оно ужасно.

Сильвия фыркнула и закатила глаза:"

"― Скажи это швеям своей матери.

Эйдан испытал досаду. Все это время он думал, что сестры обладают ужасным вкусом, а оказалось, что это мелкая месть матери. Какая глупость! Он никак не ожидал от нее этого! Роберт хочет помиловать род Кэнн, не стоит выставлять их на посмешище!

― Я поговорю с ней.

― Было бы здорово, ― хмыкнула Сильвия.

― Определенно! ― засмеялся герцог.

― Мне пора, ― девушка посмотрела в сторону выхода. ― Передай Вилли, что я забрала мазь с собой. Занесу ее завтра.

Эйдан кивнул и проводил взглядом тоненькую фигурку. Сильвия выскользнула за дверь, и на долю секунды герцога охватило сожаление. С ней было не скучно.

Вилли явился спустя двадцать минут. Рассыпавшись в извинениях, он дал Эйдану флакон с зельем и завалился на кушетку.