Неверный муж (СИ)

Убираю в сумку телефон и возвращаюсь в танцевальную студию. Провожу вечерние занятия на автомате. Одна из родительниц даже спрашивает, не заболела ли я.

До дома добираюсь гораздо позднее, чем планировала. Контролирую сборы Марка в школу и валюсь в постель.

Мысли то и дело скатываются к Матвею и тому, что он сейчас, я уверена, проживает.

В те дни меня успокаивало целое отделение неонатологии. Много что говорили, но в основном сухую статистику и что никто не виноват. Врачи, как правило, в подобных ситуациях не могут проявлять эмпатию, потому как просто невозможно иметь внутри такое ее количество, чтобы хватило на всех.

Так бывает.

Два слова, от которых у меня до сих пор мурашки. Разве может быть легче от этого?!

Ни секунды ни легче.

Ни единой секунды.

Чуть лучше стало только со временем. Наверное, это можно сравнить с ампутацией. Рана зажила, но я никогда не буду прежней. Часть моей души навсегда отсечена.

Следующие дни провожу в полнейшей апатии, то и дело проверяяегомашину на автостоянке. Машину, которой там нет.

Я просто не представляю, как выкинуть Матвея из своей головы? Я честно стремилась к этому предыдущие два месяца, даже несмотря на его разрывающее душу сообщение. Я честно пыталась сдержать обещание, которое дала себе в день, когда ушла.

На деле всё оказалось сложнее…

Отхожу от окна и пытаюсь вынудить себя поработать с расписанием занятий. Когда слышу голос Таи, понимаю, что уже полчаса вожу карандашом по бумаге.

- Вик, ты говорила напомнить тебе в среду, что надо позвонить швее…

- А?? – откликаюсь, поднимая глаза на календарь.

- Сегодня среда, - повторяет Тая.

Перевожу стеклянный взгляд на неё и планку срывает…

- Ты просила напомнить, - ошарашенно проговаривает. Кричит, когда я, подхватив вещи, лечу к двери. – Вика-а-а-а… ты куда?!

Бросаю что-то нечленораздельное и бегу сломя голову на стоянку. Ничего не чувствую, хотя ладони покалывает от холода.

Завожу двигатель и рявкаю на мимо проезжающие машины. А потом зачем-то смотрюсь в зеркало. Кажется, я два дня этого не делала.

Кое-как припарковавшись во дворе, взлетаю на нужный этаж и расплющиваю пальцем звонок.

Я просто не в силах опустить руку.

Матвей отпирает дверь через минуту.

Он только что после душа, в одних спортивных брюках. Мокрые волосы в беспорядке, лицо заросшее, а глаза потухшие. Я смотрела в такие же бесцветные двенадцать минут назад. В зеркало.

Увидев меня, отступает и на стену опирается.