Неразрезанные страницы

 – Он довольно долго не решался на операцию, но это ничего не означает. Вы извините меня, я должен бежать. Мане я позвоню.

Катя побежала было за ним, пытаясь на ходу благодарить и кланяться, но быстро отстала. Он покивал, принимая ее слова, и пропал, по лестнице дробно простучали подошвы лакированных ботинок.

– Вы дочка? – издалека спросила женщина в зеленом хирургическом костюме, выскочившая давеча с остальными из ординаторской. – Мы с вами не знакомы, все время сын приезжал.

– Он сейчас… в командировке, – вспомнила Митрофанова.

– Вы пройдите к маме, она волнуется. Сейчас ей укол сделаем. Я лечащий врач, Юлия Павловна.

В ординаторской громко разговаривали."

"– Дмитрий Евгеньевич сказал вам, что мы завтра дополнительные исследования проведем и он сам посмотрит результаты?

– Сказал.

– Ну, вот и хорошо, – врач улыбнулась. – Вашей маме повезло. Долгов светило в своей области, ну, вы и без меня все знаете, раз уж его привели. Повезло, – повторила она.

Постучав, Катя зашла в палату, казавшуюся сейчас без всех этих людей в халатах и форме очень просторной, и выпалила в сторону высокой больничной койки:

– Елена Васильевна, меня зовут Екатерина Митрофанова, я работаю в издательстве «Алфавит» вместе с Владимиром Береговым. С ним все в порядке, он просто улетел в командировку, очень срочно.

– О Господи!

– Правда-правда, – заторопилась Митрофанова. – Анна Иосифовна, наш генеральный, позвонила, и ему пришлось прямо с работы ехать на самолет.

– Я волновалась.

– Мы так и подумали, но на самом деле все в порядке, волноваться совершенно не о чем…

Мать Берегового взялась рукой за лоб.

– С ним беда какая-то, да, Катя?..

– Нет никакой беды, – выговорила Митрофанова и улыбнулась очень весело. – Он просто в командировке, далеко. В Анадыре.

Черт бы взял Поливанову, придумавшую этот Анадырь!

– Там наше издательство открывает региональный дистрибьютерский центр, а ни один компьютер не работает и ни одна программа не идет! И ему пришлось лететь.

– Ну да, – сказала мать Берегового, – это вы уже говорили. Но он хотя бы… здоров?

– Здоров, – совершенно честно ответила Митрофанова. Она вдруг очень устала. – Можно я сяду?

– Садитесь, конечно, – спохватилась Елена Васильевна.