Неразрезанные страницы

Руки у него вдруг перестали трястись, и огромный камень, придавивший сердце, покачался-покачался и откатился немного в сторону.

Камень никуда не делся, конечно, горбился неподалеку, и холодом от него по-прежнему веяло, но все же появилась возможность дышать!..

Если ее хоть немного интересует, кто кормил его обедом, значит, еще не все потеряно?!..

Алекс достал с полки стакан и налил себе немного микстуры тоже.

– Сам Романов, в девичестве Затыкин, в этом доме не проживает. Зато, по слухам, у него связь с Дашей Слободенюк, которая до недавнего времени тоже была блондинкой.

Стекло звякнуло о серебро, и Маня уставилась на Алекса круглыми глазищами.

– С Сережкиной Дашей?!

Он кивнул.

– Нет, постой! Постой, постой! То есть Даша трудилась, так сказать, на два фронта?! Многостаночница?

– Точно неизвестно, но мне показалось, что Ольгиной информации можно доверять. Она на самом деле очень скрупулезный и ответственный журналист.

Маня отмахнулась, поднялась и стала ходить. Алекс следил за ней, стараясь дышать потише.

То, что она отмахнулась и задвигалась так энергично, являлось возвращением прежней Мани, которая была у него когда-то. И он боялся ее спугнуть.

– Но если Даша… Да нет, этого не может быть! Из ревности никто никого не убивает, только у Шекспира или в пьяном угаре, что почти одно и то же!..

Алекс улыбнулся.

– Да нет, чушь, чушь! Романов не мог убить Балашова просто для того, чтобы заполучить Дашу! Так не бывает! – кипятилась она.

– По-разному бывает, Маня. Но я тоже уверен, что Романов ни при чем.

Маня остановилась и посмотрела ему в лицо.

– Вот почему она так спокойна. Теперь понимаешь, Алекс?

Он помотал головой. Ему очень важно было, что она с ним разговаривает, и поэтому нить разговора он то и дело терял.

– Кто?

– Даша. Помнишь, мы думали, почему она так спокойна?.. Почему не переживает, что после Сережкиной смерти ее вышвырнут из дома, а ей там весьма уютно и прекрасно! У нее давно готов запасной вариант.

– Это точно, – подтвердил Алекс. – У него серьезный бизнес на Алтае.

– Откуда ты знаешь? А, от тети!.. – Она отхлебнула из стакана и вдруг спросила деловито: – Алекс, я очень неприлично выгляжу?

– На редкость.