Неласковый отбор для Золушки

Я не могла сопротивляться. Будто лишилась собственной воли. Лишь мелко дрожала — то ли от страха, то ли от возбуждения… то ли от того и другого разом.

Элган не отрывался от моих губ. Я потонула в его поцелуе. Треск ткани резко выдернул меня из дурмана. Он разорвал на мне ночную рубаху. Я рванулась из его объятий, попыталась оттолкнуть. И встретилась с его взглядом.

Он не остановится. Что бы я ни делала, он возьмет свое. За этим он пришел сюда. Все демоны хейоса не заставят его отступить.

Снова поцелуй — еще более жгучий и настойчивый.

А потом чары спали. Послышался чужой насмешливый голос:

— Не подозревал в тебе столько пыла, дружище! Того и гляди, съешь бедную девушку! Может, стоит помягче?

Тело Элгана, только что такое гибкое и упругое, вмиг задеревенело.

— Как ты проник сквозь защиту наместника? — спросил он абсолютно бесстрастно.

Словно его ничуть не разгневало непрошеное вторжение. Как будто ему все равно, целовать меня или беседовать с пришельцем. Это сквозило в его голосе, взгляде, выражении лица. Но стоя рядом, я видела, как вздулись жилы на его руках.

— У королей Веравина есть свои секреты, — с усмешкой ответил незнакомец. — Монарх может пересечь даже магический щит наместника. Увы — в одиночку. На случай мятежа — не очень хорошее решение. Но наш добрый Леон не взбунтовался против королевской власти. Он всего лишь потерял невесту. А я ее нашел. И не только ее.

Он, наконец, выступил из мрака. В лунном свете я увидела длинную худощавую фигуру.

Неверные лунные блики отбрасывали тени на лице мужчины, которые придавали ему отталкивающее и даже зловещее выражение. Впрочем, при дневном свете оно производило такое же впечатление.

Я уже видела это лицо. Во дворце наместника. На портретах в торжественных залах и галереях. Его величество Ион Восьмой, государь Веравина.