Неласковый отбор для Золушки

Даже просто избавиться от досадной помехи, которая провоцирует такие чувства. Нарушает ясность и расчет в голове.

Легко смотреть в озеро и представлять себя бессмертной душой, которую не затронет смерть. Но вот так понимать, что еще миг — и твое бренное тело прямо с бессмертной душой столкнут с высоты три километра… Просто потому, что зацепила кого-то за живое. Пробудила нечто в его душе, чего он сам испугался.

Мы смотрели друг на друга. Вновь я видела в его глазах отражение себя. По лицу мага пробежала кривая усмешка.

Селаир развернулся на сто восемьдесят градусов и полетел прочь от гор.

— Вернемся во дворец, — негромко вымолвил Элган. — Надеюсь, прогулка тебе понравилась.

ГЛАВА 17

Обратный путь прошел в молчании. Юлия, видя, что маг не расположен к разговору, разглядывала в окно пейзажи Гемайской долины.

Каждой клеточкой Элган ощущал ее близость. Какой чужой и непонятной была эта девушка. Даже запах тела и волос отличался от веравинок. И это невероятное сочетание загорелой кожи и светлых волос.

Как ее можно было принять за Рианну Вальдер? Если бы он знал ее раньше, непременно учуял бы подмену. Сначала она показалась Элгану красивой девушкой — пусть и не совсем в его вкусе.

Теперь, когда он увидел настоящую Юлию, Рианна выглядела бледной немочью, худосочной, бесцветной девицей.

А еще у нее было упругое подтянутое тело, как у гимнасток Тангри. Должно быть, в своем мире она не чуралась физических упражнений.

И эти развевающиеся золотые локоны… Увидев их, Элган замер. Пожелал запечатлеть это дивное зрелище, сохранить для себя трехмерным статичным кадром. Не сделал так, чтобы не пугать иномирянку. Вряд ли в ее мире существовало магическое запечатление. Да и в жизни она была стократ лучше любого кадра.

Зачем он приказал ей петь? Неужели не хватило прошлого раза, когда он еле-еле собрал волю в кулак, еле настроил себя на нужный лад в разговоре с Вердой?

И вот зачем-то вновь заставил ее петь. А она вновь воспротивилась, а потом все же запела, будто не могла ему противостоять. И опять все его существо словно разметалось в клочья, разлетелось в бескрайнем небе над горами, обрамлявшими Гемайскую долину. И он безмолвствовал, собирая себя воедино.