Солнце полуночи

Она расстелила одеяло на влажной траве, а затем легла на живот и стала пролистывать потрепанную книгу, как будто пытаясь найти какое-то определенное место в ней. Через её плечо я разглядел название.

Ну конечно, классика. Она была поклонницей Остен."

"Она читала быстро, скрещивая то так, то сяк свои лодыжки, поднятые вверх. Я наблюдал за игрой солнечного света и ветра в её волосах, когда ее тело внезапно напряглось, и ее рука застыла на одной из страниц. Все что я видел, что она дошла до третьей главы, когда она резко схватила сразу много страниц и перевернула их.

Я взглянул на заглавие страницы - «Менсфилдский парк». Она начинала читать новую историю - книга была сборником новел. Я удивился, сколь быстро она расхотела читать предыдущую.

Спустя несколько мгновений Белла со злостью захлопнула книгу. Со свирепым, хмурым выражением лица, она отбросила книгу в сторону и перевернулась на спину. Глубоко вздохнув, словно бы успокаивала себя, она закинула руки за голову и закрыла глаза. Я помнил содержание романа, но не смог вспомнить ничего, что могло бы так  расстроить ее.

Она лежала неподвижно, пошевельнувшись всего лишь раз для того чтобы убрать волосы с лица. Они рассыпались рядом с её головой густой каштановой рекой. И затем она вновь стала неподвижной.

Ее дыхание замедлилось. После нескольких долгих минут ее губы зашевелились. Она говорила во сне.

Сопротивляться было невозможно. Я вслушивался так усиленно, как только мог, улавливая голоса в домах поблизости.

Две столовых ложки муки ... одна чашка молока...

Ну, давай! Все лишь немного веры! Вперед!

Красный, или синий ... или возможно мне стоит одеть что-то более неожиданное...

Рядом не было никого. Я спрыгнул на землю, мягко опустившись на ноги.

Это было очень неправильно и очень опасно. С каким снисхождением я когда-то осуждал Эмметта за беспечность его поступков и Джаспера из-за нехватки у него выдержки - и теперь я сознательно отвергал все правила с такой дикой энергией, на фоне которой бледнели все их ошибки.

Я вздохнул, но всё же вышел под лучи солнца не взирая ни на что.

Я не хотел видеть себя в ярком свете солнца. Плохо то, что моя кожа была подобна грубому камню в тени; я не хотел видеть Беллу и себя рядом с ней в солнечном свете. Различия между нами были непреодолимы и без этой картины в моей голове.

Когда я подошел ближе, то не смог отвести глаз от её искрящейся на солнце кожи. Я сжал челюсти, чтобы не вздохнуть.