(Не)желанная. Я тебя не отпущу

И в его глазах мелькает что-то быстрое, цепкое.

— В целом да, — киваю я. — А тебе?

— Мне? — изумляется Раевский.

— Тебе, — улыбнувшись, подтверждаю я. И поясняю: — ведь у тебя никогда не было жены. Ты жил один в своем большом доме. Ну, — пожимаю плечами я, — не считая поваров и домработницы.

Вадим смотрит будто сквозь меня. Задумчиво, долго. Так проходит около минуты.

— В целом комфортно, — наконец отвечает он. — Но не до конца.

— Почему? — напрягаюсь я.

Опять сделала что-то не так?

— Я привык брать то, что хочу, — заявляет Раевский, глядя на меня в упор.

Я краснею с головы до ног от его откровенного признания. И не знаю, что отвечать. К счастью, в этот момент нам приносят заказ: мраморный стейк на углях, овощной салат и пасту с морепродуктами.

Пытаясь представить, что Раевского здесь нет, я приступаю к ужину. Но не чувствую вкуса. В голове все еще вертятся его слова.

Вадим намеренно меня смущает, без стеснения выкладывает все, что у него на уме. Глядя мне прямо в глаза!

Он. Меня. Хочет."

"Мне остается лишь радоваться, что не берет меня силой. А ведь мог бы. Раевский мог бы делать со мной все, что угодно — ведь я была ему фактически продана. А еще он знает, что отец меня не защитит.

Но все же насильно не трогает. И от этого, вместе с бешеным волнением, я испытываю тепло, которое приятно наполняет все мое тело.

— Блять, — рассерженный голос Вадима прерывает поток моих мыслей и я возвращаюсь на землю.

Муж откладывает телефон и мрачно смотрит перед собой, барабаня пальцами по столешнице.

— Что-то случилось? — осторожно спрашиваю я.

Вадим поднимает на меня взгляд, налитый сталью и расплывается в очаровательной улыбке.

— Случилось, — отвечает обманчиво-мягко, негромко. — Вернее случились. Последствия твоей прогулки.

— Не понимаю, — хлопаю ресницами я.

— Тут и понимать не надо, — Раевский перестает улыбаться и поворачивает ко мне свой телефон экраном вперед.

Я бегло читаю обрывки фраз в социальных сетях. Все они громко кричат о том, что новоиспеченные муж и жена оказались не так счастливы, как думали окружающие. А ниже мелькают фотографии меня и Вадима.

Разглядывая их, я вижу, как Раевский держит меня за локоть, впиваясь потемневшим взглядом мне в глаза. При этом ещё прекрасно заметны слезы на моих щеках, несмотря на то, что я стою к камере в пол-оборота.