Названые братья. Степная Луна Белоголовых

16

16

Ирри ощутила присутствие посторонних в своих покоях не сразу, потому что эти посторонние очень хорошо умели прятаться. Привитые с кровью навыки не сотрешь просто так…

Она успела только моргнуть и ахнуть изумленно, когда жесткие лапы резко перехватили за талию и рывком притиснули к каменному телу, а в ухо проник отравленным возбуждающим зельем язвительный шепот:

— Маленькая Луна нашла других поклонников? Их песни для тебя слаще?

— Их глаза для тебя ярче, чем наши? — из темноты комнаты выступила огромная мрачная фигура, упакованная в черную одежду.

С накинутым на голову капюшоном, оставляющим открытым только нижнюю часть лица, мужчина превращался в привидение, черную, мрачную тень… Угрожающую. Наверно, именно поэтому Ирри непроизвольно дрогнула и сильней прижалась к второму мужчине, и без того излишне крепко держащему ее…

Он, почувствовав ее движение к себе, стиснул так, что Ирри вздохнуть не смогла, и зашептал еще яростнее, еще злее, то и дело задевая горячими губами мочку уха:

— И как нашей маленькой Луне сладкие слова других мужчин? Нравятся?

— Нет… — ответить получилось с хрипом, а по телу волнами полетели мурашки, беря свое начало именно от того места, которого так сладко касались губы ее захватчика, — нет… Я не понимаю…

— Вот как? — второй захватчик подошел ближе, обманчиво мягко приподнял ее за подбородок, заставляя заглянуть себе в глаза, яркие на фоне тьмы, сгущающейся вокруг лица.

Злые глаза. Голодные.

Еще бы им не быть голодными…

Месяц прошел…

Ирри облизнула губы, тут же поймала на них внимательный взгляд.

— Не ждала нас совсем, наша Луна… — с легкой обидой прошептал тот, что сзади, и ладонь на животе припечатала еще жестче, прижала… — а мы ждали… И скучали…

Ирри хотела сказать, что чувствует это, прямо очень даже сильно чувствует… Но не успела.

Стоящему перед ней надоело сдерживаться, и он, резко наклонившись, впился в полураскрытые влажные губы голодным поцелуем.

Ирри, тут же сладко обмякая в лапах удерживающего ее мужчины, покорно подалась вперед, впуская в себя настойчивый язык, умирая от наслаждения, от жажды, которая, как оказалось, не только ее мужчин мучила, но и ее тоже! И так мучила, так мучила!

До головокружения!

Ирри обняла целующего ее мужчину за плечи, стаскивая тяжелый капюшон и с трепетом зарывая пальцы в светлые длинные волосы.

Ладони на ее талии сжались сильнее, приподнимая, а в плечо впились острые зубы: Янг не собирался ждать своей очереди.