(Не)идеальная девочка (СИ)

Я и раньше об этом знала, но после этой ночи укрепилась в своём решении.

Крепче вжимаюсь в горячее тело любимого человека, пока не напарываюсь на стоящий член, упирающийся в ягодицу. Рука Северова крепче стискивает рёбра, не давая отстраниться. Над ухом раздаётся тихое возбуждённое рычание:

— Куда ползёшь, идеальная девочка? Не пущу!

— Ты не спишь? — едва пищу, потому что была уверена, что он храпит, как мамонт.

С долгим опозданием до меня доходит, что всё это время его сердце, стучащее мне в спину, билось с оглушающим грохотом.

У человека в состоянии покоя такого не бывает. Только если у него тахикардия. А я почти на сто процентов уверена, что у Севера её нет.

— Давно не сплю, малыш. — обжигает дыханием шею, прихватывая губами. — Моя ж ты девочка. Я скучал по тебе. Целую, сука, ночь.

Не успеваю ничего понять, как оказываюсь на спине, прижатая крепким телом, а губы уже отвечают на жадный поцелуй. Мозг ревёт сиренами, зажигая сигналы SOS, но я впускаю язык, игнорируя предвестников Апокалипсиса.

— Хочу тебя, Насть, пиздец! — хрипит мне в губы.

И я хочу! Хочу! Хочу! Хочу! Хочу!

Его эрегированный член упирается во внутреннюю часть бедра, размазывая смазку.

Да, я уже вся мокрая только от его близости. Единственное, что останавливает меня сейчас — это мысль, что сначала надо разобраться с прошлым, чтобы с разбегу прыгнуть в будущее.

Упираюсь ладонями в плечи Северова, продолжая посасывать его язык.

Слабая попытка, знаю.

Собираю всю свою расплывшуюся силу воли, чтобы остановить это безумие.

Разрываю поцелуй и толкаю сильнее.

— Слезь с меня, Артём! Мне домой надо! — стараюсь звучать уверенно, но выходит так себе.

— И в душ. — шипит, перекатываясь на спину.

— Зачем? — мозг то ли ещё не проснулся, то ли уже отключился.

— Насть, я на тебя вчера кончил. — отбивает ровно, но всё равно голос срывается. — Извини, не сдержался. — добавляет, скользя взглядом вниз по моему телу, и притягивает к себе. — Простишь?

Заливаюсь пунцовой краской до кончиков ушей, вспоминая вышеупомянутое действие.

Это последнее, что я помню. Поток горячей густой жидкости на своём животе, а потом темнота. Смотрю на Артёма. Заглядываю в самые красивые на свете глаза. На заострённые черты лица. На растрёпанные, переливающиеся в солнечном свете волосы. На мускулистую грудь. Крепкий пресс. Натыкаюсь на толстый длинный орган с пунцовой головкой и тут же отвожу взгляд. К этому я ещё не готова.