Назад в СССР

В худшем случае двадцать пять кровных проиграю. А может повезет и на подъеме сольюсь. Если меня по схеме разводить будут, с этой суммы я еще чуть-чуть навариться должен прежде, чем ее лишусь. Чтобы желание не отбивалось снова прийти."

"Я не заметил, как очутился в своем подъезде. Поднялся на этаж и постучал. Дверь открыла обеспокоенная мать:

— Андрюша, ты где ходишь? Ужин остыл. Я тебя потеряла. Тебе, кстати, письмо пришло…

Глава 16

— Что за письмо? — удивился я. — От кого?

— Сам увидишь, — хитро улыбнулась мать.

Письма мне никогда никто не присылал. Память Петрова об этом мне точно говорила. Некому было писать. Первое в этой жизни почтовое послание я получил из школы милиции, когда в больнице лежал.

Я поспешил в комнату. На массивном комоде из цельного дерева белел заветный конвертик. Любопытство раздирало меня на части.

Я взял письмо и придвинулся к настольной лампе. На лицевой стороне аккуратным женским почерком выведены ровные, как постриженные кусты возле горисполкома, буквы.

Сердце приятно екнуло. Разорвал конверт. Тетрадный листок в клетку исполосован почти одинаковыми рядами строчек.

Катя писала, что поступила, и что больше не злится на меня (естественно, иначе бы не написала). В Москве ей нравится, но она скучает по нашему городу (по нему ли?)

Учеба начинается не первого сентября, а с отсрочкой на две недели, но в Новоульяновске она будет не скоро, только после зимней сессии, так как сейчас их отправляют в Подмосковье на сельхозработы, помогать местным колхозам копать картошку.

Во как передо мной отчиталась.

Ну, ничего, на картошке развеется и выкинет меня из головы. Вечерние посиделки у костра с гитарами, новое общение, суп из тушенки, запеченная в углях картошка и прочий романтик. Девка она видная, студентики за ней в очередь выстроятся. Я сам застал еще то время и помню славные битвы за урожай.

И в эту эпоху, и в мою бытность на картошку направляли в обязаловку.