Наследник для миллионера

Он никогда смайлы мне не отправлял…

Но я опять продолжаю искать в каждом его действии подвох, вспоминая, каким хитрым и скрытным он может быть. А таким милым он бывает лишь до тех пор, пока не добьётся своей цели.

Просто потрясающе! Малыш стал уже таким крупным! И ему тесно в животике. Развивается кроха согласно нормам — это самое главное. Он усердно готовиться к тому, чтобы появиться на свет, а на меня опять накатывает грусть. День, которого я боюсь сейчас больше всего на свете, стремительно приближается. День, когда у меня отберут моё счастье и выбросят как ненужную, бэушную вещь.

Не знаю, что делать…

Я абсолютно бесполезна и никак не могу придумать план, как избежать очередной волны душевной боли! Уже начинаю метаться из одного угла в другой. Плакать…

Пока однажды ко мне не является спасение — моя любимая тётя Света, единственная моя отрада, которая часто мне звонит и иногда приезжает погостить.

Она была, мягко говоря, шокирована, когда её сразу же на пороге квартиры принялась обыскивать баба-скала.

— Александра, не стоит! Это же моя тётя…

— Не имею право отклониться от устава!

Три минуты она тщательно досматривала и допрашивала мою ошалевшую приёмную маму. Потом, лишь благодаря моим охам и ахам, отпустила несчастную, позволяя нам пройти на кухню, тут же заняла рабочую позицию, закрыв своей спиной входную дверь. Без шуток, она может простоять в такой позе не шевелясь. Я проверяла. Вот это выдержка! Она точно не человек, но подготовлена безупречно!"

"— Ну вот и надо было тебе Мирона так злить! Видишь, к чему привела твоя вредность, — тётя кивнула в сторону входной двери, покачав головой и шепотом: — Ну и динозавриха… как ты с ней живешь?

Я усаживаюсь напротив тёти за столом, подавая ей чай.

— Ты считаешь, я не права? Я всего лишь хотела…

— Вывести его из себя ещё больше! Прекрасно! Ну и зачем? Милая моя, я понимаю, гормоны шалят, обида за прошлое… но ведь Мирон сейчас изменился.

— Я тебя не понимаю! Ничего себе разговорчики! Ты ведь его хаяла не меньше, когда увидела меня заплаканную на пороге своего дома восемь месяцев назад.

И вот тут я сильно удивилась.