Нас больше нет

 — Меня Оля зовут. Я сестра Давида и жена Сережи.

— Приятно познакомиться, — выдавливаю из себя улыбку.

Чувствую себя обезьянкой в зоопарке на самом деле. Все меня рассматривают, переглядываются между собой, но неприязни с их стороны не наблюдается. Скорее любопытство и удивление.

— Итак, вы с Давидом снова вместе? — игриво спрашивает она.

— Оль, отстань от Леры. Лучше за детьми присмотри, они решили украсить собачью будку, — резко перебивает ее Давид.

— Черт, а я думала, ты за ними приглядишь, — сводит домиком брови она, но Давид усмехается, отрицательно качая головой.

— Мясо почти готово, — сообщает Даня.

Я делаю несколько шагов к Давиду. Останавливаюсь рядом с ним и говорю тихо, чтобы никто не услышал:

— Мне, наверное, лучше домой пойти.

— Будешь сидеть в четырех стенах, избегая встречи с отцом? Брось, раз уже так получилось, что все здесь оказались и ты с ними познакомилась, то оставайся. Это ни к чему тебя не принуждает, в том числе и к вежливому общению.

— Это неправильно как-то, — хмурюсь я, осматривая двор.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А кто очерчивает границы правильности? В любом случае, если ты скажешь, что хочешь уйти, мы уйдем.

— Мы?

— Я все еще не передал дежурство. — Давид прячет руки в карманы, склоняет голову набок.

— Да брось, здесь всего-то один квартал пройтись.

— Не положено. Что с пальцем? — Он зацепился взглядом за мою руку, когда я поправляла волосы.

— Ничего страшного, порезалась, — отмахиваюсь от него.

— Дай посмотреть. — Он осторожно перехватывает мою ладонь, и я вздрагиваю от этого прикосновения.

— Не нужно, там царапина всего лишь. — Пытаюсь освободиться от его захвата, но его пальцы сжимаются вокруг моей кисти сильней, не позволяя это сделать. По телу вновь ползет предательская дрожь, я начинаю нервничать.

— И поэтому весь пластырь в крови? Пойдем в дом, нужно промыть и нормально заклеить его, иначе инфекцию какую-нибудь занесешь.

— Все нормально, Давид. — Эта его гиперопека раздражает. — Не переживай, папочка ничего не вычтет из твоей зарплаты из-за недосмотра за его дочуркой.

— Глупая. — Он резанул меня колючим взглядом. Мои слова ему не понравились. Он был прав, когда говорил, что в колкостях мне нет равных. — Пойдем.