Нас больше нет

А на пассажирском сиденье замечаю женскую резинку для волос.

И это ударяет наотмашь по лицу.

Это личный автомобиль Давида. Значит, он подвозил девушку. Меня не должно это волновать. Но волнует.

У Давида кто-то есть? Он живет с кем-то? Если так, то какого черта он вообще творит? Он поцеловал меня! А потом еще и облапал, прижимаясь своим стояком!

Злость снова вырывается наружу. Рядом с Леоновым я становлюсь эмоционально нестабильной.

Дверца с моей стороны открывается как-то слишком внезапно. Я не заметила приближения Леонова.

— Держи. — Протягивает мне бутылку с водой.

Я моргаю, заторможенно соображая. В голове все еще вертятся предположения о злосчастной резинке для волос. Хорошо хоть, не использованные презервативы нашла.

— Спасибо. — Резко выдергиваю у него из рук воду. Моя благодарность больше похожа на гневное шипение.

Я ожидаю, что Давид сядет за руль и мы поедем дальше, но он прислоняется к капоту автомобиля и закуривает.

Медленно втягивает дым и выдыхает, подняв голову к небу. Выглядит порочно так.

И снова взгляд падает на переднее сиденье. Не должна я никак реагировать на эту находку. Но я реагирую! И это злит еще больше.

Когда Давид возвращается в салон, я успеваю остыть и беру себя в руки. Он хлопает дверцей, тянется к зажиганию, но замирает. Делает глубокий вдох, смотрит на меня через зеркало.

— У меня не было тогда никаких отношений, — серьезно говорит он, не отрывая пристального взгляда от моих глаз.

— О чем ты? — Хмурюсь, не понимая, к чему его слова.

— О твоем разговоре с подругами.

Мои слова не были предназначены для ушей Давида. Черт! Ну почему именно эту часть нашего разговора он услышал?

— А как же Алена? — хмыкаю я, недоверчиво прищуриваясь.

— Лер, ты ведь взрослая девочка. Должна понимать, в чем нуждается тридцатилетний мужик, — качает он головой, грустно усмехаясь.

Оттого, что между ними был лишь секс, мне легче не становится.

— Ты не обещал, но она надеялась. Иначе не пришла бы тогда ко мне и не вылила на голову ведро помоев, — морщусь я, вспоминая ее колкие высказывания насчет наших с Леоновым отношений."

"— Забудь об этом. К тому же Алена, думаю, быстро пожалела о своем поступке. Он стоил ей пригретой должности.