Нас больше нет

— Я бы донес тебя до кровати, но она начала поскрипывать после того, как племянницы весь день скакали на ней, поэтому…"

"Я закрываю глаза и подаюсь бедрами ему навстречу. Давид задерживается во мне всего на секунду и медленно выходит, а потом снова и снова повторяет эти движения.

Я растворяюсь в нем, сама не замечаю, как начинаю громко стонать, поэтому Давид закрывает мне рот ладонью. И эта грубость неожиданно заводит еще больше. Он наращивает ритм, движения становятся жестче, поцелуи превращаются в укусы. Я чувствую, как внизу живота скручивается пружина, а потом меня накрывает волной удовольствия такой силы, что на какое-то время я, кажется, оглохла и ослепла.

Давид в последний раз врезается в меня и с рыком кончает внутрь, нисколько не заботясь о контрацепции. А потом падает рядом, пытаясь восстановить дыхание.

Он молчит, я тоже не спешу говорить. Пялимся в темноту, расслабленно развалившись на полу.

Его пальцы перебирают локоны моих волос, нежно проходятся по телу. Так хорошо, хочется, чтобы эта ночь не заканчивалась.

Но мне приходится разбить это очарование.

— Это ничего не меняет, Давид. У меня билет на послезавтра.

— Ты не сможешь улететь, — после долгого напряженного молчания говорит Давид. — Не хотел говорить тебе это сегодня, но вы попали в программу защиты свидетелей и теперь должны докладывать о каждом своем шаге.

— Что? — Я привстаю, упираясь локтями в пол.

— Я веду переговоры с органами, чтобы обойтись охраной моих ребят. Не думаю, что вам грозит опасность. Им некому уже мстить, твой отец мертв, у них других проблем до хрена после ареста.

— Прекрасно, просто прекрасно, я снова застряла в этом чертовом городе, — зло произношу я, момент единения растворился окончательно.

Глава 40. Лера

Когда просыпаюсь утром, то обнаруживаю, что в постели одна. Смятая простыня рядом и след на подушке указывают на то, что ночь Давид провел вместе со мной на кровати, а не на полу.

Я потягиваюсь.

Тишина.

Не верю что снова здесь. Знакомые запахи переполняют меня, оглядываюсь по сторонам, наслаждаясь обстановкой. Правда, на душе все равно тревожно.

Я тихонько ступаю по паркету, приоткрываю дверь и выглядываю в коридор. Терпкий запах сигаретного дыма проникает в легкие.