Над пропастью во лжи

Он произносит внезапно отвердевшим, четко поставленным голосом:

– Расширенное совещание по этому вопросу завтра в десять… Марина, подготовь свои предложения в виде доклада. Мы пригласим ребят из службы безопасности и особого отдела, но общее руководство будет возложено па тебя. Твоя идея – тебе и карты в руки…

Выхожу из кабинета. Шаньгин зло косится мне вслед. Его взгляд словно выжигает пятно у меня между лопатками, и даже после того, как дверь с пистолетным треском захлопывается, посередине спины долго держится горячая точка.

Итак, после трансатлантического перелета отоспаться не получится. А жаль… Сейчас мне, как никогда, необходима светлая голова и ясный ум. Слишком многое поставлено на карту.

Предварительно сделала несколько звонков из кабинета. В трубке – легкое шуршание, все разговоры из офиса, само собой, фиксируются на пленку и хранятся в течение года в службе безопасности. Это необходимо на случай непредвиденных обстоятельств. Каких? Например, внедрения в наши ряды ретивых журналистов, налоговых инспекторов и вообще любых «подавляющих личностей», ПЛ, которых не смогли выявить на этапе предварительного прослушивания.

– Домой? – с надеждой спрашивает Володя, когда я спускаюсь с крыльца с кипой бумаг под мышкой.

– Нет, на Рублево-Успенское шоссе к Сергачеву.

Володя мгновенно скисает. Он, видно, надеялся, что сегодня вернется с работы пораньше, вот только отвезет меня домой, – рассчитывал, что после перелета мне захочется отоспаться. Поездка за город, в район правительственных дач совершенно не радует его. Полтора часа по забитому пробками узкому шоссе, которое к тому же постоянно перекрывается для проезда правительственных машин, позднее возвращение в город… Домой ему светит добраться только за полночь, как и мне.

Разница только в том, что когда он вернется домой, ворча и проклиная все на свете, то завалится спать, а я в это время засяду за подготовку к утреннему совещанию.

На даче депутата Государственной Думы Ивана Сергачева я была лишь однажды, еще на заре становления Организации, в девяносто пятом году. Тогда Сергачев самолично пригласил нас для знакомства.