Над пропастью во лжи

– Задача нашей встречи – выработка совместной тактики борьбы против ограничений, которые выдвигает правительство, – начал Сергачев. – Я, как председатель объединения за свободу совести, считаю, что наступившие в обществе изменения свидетельствуют о беспрецедентном давлении на духовные организации со стороны официальной Церкви. Русский народ еще помнит времена, когда с гонений на духовных пастырей начались беды нашей многострадальной Родины, и считает своей целью не допустить начало новой эры насилия… И мы, духовные наставники, целенаправленно идущие к высокой цели просветления русского народа, должны объединиться против мракобесных сил замаскировавшегося коммунизма, тоталитаризма и распоясавшегося капитализма…

– Подаяния мешают в электричках собирать! – перебил оратора обиженный голос рядового представителя широких сектантских масс.

– Налогами давят, как будто мы коммерческая организация! – застонали сенсологи.

– Милиция в метро гоняет, мешает нести свет истины народу, – завыло «Братство Христово».

– Газетчики замордовали, верующих отпугивают…

Тише, тише! – успокаивающе поднял ладонь Сергачев. – Реплики потом. Сейчас у всех тяжелые времена, всем трудно… Вот поэтому мы и должны сообща решить, как жить дальше. Известный борец с неофициальными религиями Коркин подал иск в суд, в котором утверждает, что в наших организациях насилуют детей, как в «Детях Семьи», вымогают деньги, как в сенсологии, истязают людей непосильным трудом и отсутствием сна, как у «Друзей Кришны».

– Вообще-то мы не хотим бороться, – нерешительно выступил владелец синего «БМВ», – но если Иегове будет угодно, тогда он нам даст знать о своем желании…

– Хорошо, мы записываем вас условно… Еще кто?

– Если наш батюшка Виссарион скажет добро, тогда и мы присоединимся, – нерешительно произнес представитель «Церкви Последнего Завета», во главе которой стоял бывший милиционер по фамилии Тороп, ныне обретающийся в Минусинске.

Бритый Вишванарати блеснул хитрыми глазами:

– Кришна всегда говорил: «Сражайся, Арджуна!» Харе Кришна, харе рама, рама, рама, харе, харе… – забормотал оранжеворясый. Это означало, что кришнаиты за объединение в суде.