Над пропастью во лжи

Главное, хоть всю жизнь честно работай, хоть воруй-убивай, – а помрут все одинаково…

– Шатура, выходим, – обронил юный попик, вставая. – Чувствую, дщерь моя, надо нам с тобой подробнее побеседовать. Клокочут в тебе великие вопросы, ищут выхода.

До позднего вечера продолжалась нравоучительная беседа Феофилакта с заблудшей «дщерью». В заплеванном семечками зале ожидания дальней станции они то спорили, чуть не переходя на крик, то успокаивались и начинали тихую задушевную беседу. Новому знакомому Маринка все выложила как на духу: и про Мурмыш, и про мать свою, и про Игорешу… И вроде бы полегчало.

– Вот я думала, в Москву приеду, здесь люди другие, светлые, добрые. А здесь тоже… Мурмыш! Везде Мурмыш! Вся страна – Мурмыш! – с горечью заключила она. – Что делать, куда податься?

– К Богу!.. А ты, вообще, на каких электричках ездишь?

Маринка рассказала.

– Значит, еще встретимся.

На прощание Феофилакт пообещал ей принести душеспасительную книгу и хмуро приказал готовиться к великому таинству крещения.

Новые знакомцы расстались на «стояке». Феофилакт затрусил на другую электричку, а Маринка отправилась за товаром.

После проникновенной беседы стало легче, ушла куда-то тупая злость и сосущая усталость. Захотелось, чтобы поскорей наступил новый день, захотелось вновь встретить Феофилакта, вновь облегчить душу жалобой, вновь утишить бушующую внутри безысходную тоску.

С того дня «коллеги» стали частенько встречаться «на работе».

– Да некогда мне! – отшутилась Маринка.

Но книжку взяла и с интересом прочитала. И поразилась."

"Как она до сих пор жила? Как живет сейчас? Как живут все, кого она знает? Как звери, в грехе, в грязи душевной, ежесекундно упиваясь ужасными пороками. Кто побогаче – те живут, чтобы наесться до отвала, напиться, нагуляться всласть. А кто победнее – те живут, чтобы только выжить.

Через пару дней поведала девушка Феофилакту свои мучительные раздумья. Тот согласно затряс тощей бородкой, книжку забрал, вручил новую.

Высокодуховные встречи продолжались всю весну. И всю весну Маринка глотала поучительные книжки одну за другой. И в электричках читала урывками, как только все вагоны «пробьет», и на конечных станциях, в ожидании следующего поезда, и дома, на сон грядущий, для утишения душевной смуты.