На пыльных тропинках далеких планет (СИ)

Длившуюся, правда, всего пару секунд, поскольку командир отряда тоже громко заговорил. Естественно, не по-русски, а на каком-то собственном наречии. С обилием сдвоенных согласных, как я уловил на слух. По тому, как он принял напыщенный вид, явно гнул понты про то, какой большой начальник какого непобедимого флота какой великой державы осчастливил меня общением с ним.

— Не понимаю, — словами и мимикой сообщил я.

А на ум приходит старая-старая песенка из репертуара Юрия Лозы.

Их, большеглазых, озорных,

В соседнее село,

Красивых — рыжих и льняных —

На танцы понесло.

Вот встреча двух цивилизаций:

От них один, от нашей три.

Чтобы хоть как-то привязаться,

Спросили закурить.

Он улыбался, встрече рад,

Ведь он не понял их.

Через секунду наш собрат

Пинал его под дых.

Нет, манящий жест, что изобразил бааальшой начальник, я прекрасно понял. Но отрицающе замотал башкой, ткнул в него пальцем и тоже поманил рукой.

Тот снова что-то проорал, но уже не мне, а копейщикам, сразу же разошедшимся в стороны и двинувшимся в моём направлении, пытаясь обойти с флангов.

А оба арбалетчика, воспользовавшись рычагами, именовавшимися в нашей истории «козьей ногой», взвели свои пулялки. Тот, что справа, вскинул аппарат, зажав приклад под мышкой, и нажал спуск, всаживая болт в дерево, растущее в метре от меня. Типа, тот, кто убегает от снайпера, умирает потным: у второго-то арбалет ещё взведённый. Да ещё и «мушкетёр» возится со своей бандурой, кажется, подсыпая порох на полку.

Не хотите, значит, по-мирному? Шаг за пальму, на ходу сдёргиваю ремень ПП с шеи и откидываю приклад.

Короткая очередь, и от ложа заряжаемого арбалета летят щепки. Дистанция-то всего метров пятьдесят. Перед ногами пыхтящих копьеносцев (не пробовали бегать в экипировке по песку? Попробуйте: впечатления незабываемые), тоже взбивает фонтанчики песка автоматная очередь, но это уже Дуб постарался.

Эти сбились с шага, а я леплю экспансивными пулями в кирасы второй пары, уже опустившей свои «зубочистки», чтобы потыкать мою драгоценную шкуру их железными наконечниками.

У каждого — по две огромных вмятины в «самоварах», натянутых на их туловища, и шок от того, что невидимыми кувалдами уронило на песок. Кажется, в одном случае даже имеется то ли пробитие, то ли разрыв доспеха. Быстро перевожу ствол на вторую пару, и та замирает в пяти метрах от меня.

БАБАААХ! Окутывается дымом «мушкетёр», и где-то рядом взвизгивает пролетающая пуля. А следом что-то от души шваркает мне в бронежилет.