На нее запрет. Дочка Шаха (СИ)

Сейчас мне было стыдно за свое поведение. Чувствовала себя доступной девкой, которая вешается на взрослого мужика. Настроение стремительно катилось к нулевой отметке. Лева на меня больше не смотрел, они с мамой обсуждали парковую зону, которая должна прилагаться к строящему в Дубае комплексу.

- Камилла, если ты закончила завтракать, давай выдвигаться, - поднявшись из-за стола, Бессонов взял ключи, который оставил на столешнице. – Лучше провести тренировку пока не так жарко.

- Закончила, - сложно изображать спокойствие, когда внутри все кипит и плавится.

- Ками, тебе будет удобно на каблуках? – спросила мама, прежде чем мы покинули пределы кухни. - Может, переобуешься?

Нужно было воспользоваться шансом, пойти и хотя бы переобуться, но я этого не сделала. Бессонов ни словом, ни взглядом не выразил отношения к сложившейся ситуации, но внутри росла уверенность, что если я так сделаю, он обзовет меня трусихой.

- В гараже есть специальные ботинки и костюм, - закидывая на плечо маленький рюкзак.

Мы садимся в машину.

Давлю в себе чувство обиды. Мы приезжаем на мотодром. Я молча иду переодеваться. За всю дорогу не сказали друг другу ни слова. Мне плохо. Мой упрямый характер не дает сбежать, а сбежать хочется. Бессонов недоволен, хоть ничего не сказал. Я это просто ощущаю. Нужно прямо поговорить, но меня это еще больше унизит.

"Сегодня я послушная ученица. Выполняю с точностью все установки. Ни разу не давлю на газ. Мне даже не хочется. Внутренний холод, рожденный обидой, сковывает все чувства. Впервые мне не доставляет радости вождение на мотоцикле. Заканчиваем тренировку, когда становится жарко.

- Иди, переодевайся, я отвезу тебя домой, - сообщает Бессонов, загоняя байк в гараж.

Мы не виделись почти две недели. Я ждала встречи, а он собирается отвезти меня домой.