На нее запрет. Дочка Шаха (СИ)

Разве может быть больший восторг? Мне хочется задрать руки в небо и кричать от счастья. Раньше, я бы рискнула, но сегодня не буду. Лева тогда меня на такси отправит к себе, а я этого не желаю. Буду ехать и тихонечко прижиматься к нему. Тихонечко не получается, потому что мы несемся на высокой скорости, но я этого даже не замечаю. Ему доверяю, верю. С ним не боюсь. Даже разбиться… Но знаю, что он не допустит.

По дороге мы заезжаем в супермаркет, Лева делает покупки, заказывает готовую еду в ресторане.

- Сегодня у нас не будет времени заниматься готовкой, - проводит по нижней губе подушечкой большого пальца, будто смазывает помаду, которую уже снял получасом ранее.

- Нет, я хочу к тебе, - мысленно добавляю, что хочу испытать все те непристойности, которые ты мне обещал.

Мы бьем скоростные рекорды. Лева несколько раз сбрасывает звонок, пока мы поднимаемся в лифте. Я вопросительно кошусь на телефон в его куртке, не отпускает волнение, что это может быть отец. Не хочу думать, что он расстроится, если узнает, что я решила отдаться любимому мужчине. Мне уже восемнадцать я могла бы не спрашивать, я ведь и не собираюсь, но у меня ощущение, что папа расстроится.

- Ками, ты здесь? – спрашивает Лева. Лифт остановился, а я не спешу выходить, потому что задумалась.

- Все будет хорошо, ты мне веришь? – достает из кармана ключи, но при этом смотрит мне в глаза, не спешит открыть дверь. - Ками, Марат любит тебя, поверь, он хочет, чтобы ты была счастлива, как только он поймет, что со мной ты счастлива, он примет наши отношения.

- Верю, - меня успокаивает его взгляд, тембр голоса.

Мы входим в квартиру. Лева сообщает, что не было времени проверить работу клининговой компании, которая раз в неделю проводит уборку. На первый взгляд все блестит. Пока Бессонов складывает продукты в холодильник, я обхожу квартиру. Сразу понимаю, какая спальня принадлежит Леве – самая мрачная и неуютная.