На нее запрет. Дочка Шаха (СИ)

Влажный песок прилип к экрану, забился под чехол. Пока чистила, нажала в мессенджере на звонок и даже не поняла как…

Из-за шума волн не слышала гудков. Не знаю, сколько гудков я пропустила, но когда развернула экран лицом к себе, там уже бежит время, семь секунд. Мое сердце проваливается в желудок, оно вообще забывает, где его место и стучит теперь в висках, в животе…

В голове столько мыслей, вопросов и сомнений, что я готова скатиться в удушающую панику, но решаю воспользоваться шансом, что предоставила мне судьба.

Когда на экране появляется цифра восемь – знак бесконечности, подношу трубку к уху, слышу ровный сильный голос, который запускает волну мурашек по коже.

- Да, Камилла, я тебя слушаю, - мне кажется, что в его голосе помимо всего чествуется еще и усталость. Он ведь все это время провел в Дубае, не возвращался в Москву, потому что дел много.

«Я нечаянно набрала, извини?» - бьется на языке, но я отказываюсь поддаваться трусливому порыву.

- Ты просил набрать, когда я буду готова к разговору, - зажмуриваю сильно-сильно глаза, потому что дрожит голос и руки. Пытаюсь спрятать волнение, но Бессонов всегда чувствовал мое настроение. Наверное, и сейчас все уловил. Он не торопит, дает мне время. Слушаю его ровное дыхание, оно успокаивает, придает сил. – Я давно хотела позвонить, сразу, как мне стало лучше, но сомневалась нужно ли тебе…

- А если бы я сказал, что уже не нужно?

Как же сложно общаться не видя его эмоций.

- Не знаю… - громко вдыхаю, смотрю на бескрайнюю бирюзовую гладь океана. - Мне было бы больно…

Глава 49

Лева

«Я в Москве. Во сколько заканчиваются занятия? Сам тебя заберу» - набиваю, пока пересекаю аэропорт, лавируя между чемоданами, детьми и спешащими взрослыми.

"Отправляю Камилле, закидываю телефон в карман. Ответить она все равно не сможет, у них лютые преподы, трубки во время лекции доставать не разрешают, а она у меня умница-разумница: правила не нарушает, лекции не пропускает, до часу ночи зубрит анатомию, пишет конспекты. На перемене Ками наберет, она знает, что я сегодня возвращаюсь.

Выхожу из здания, несколько раз втягиваю в легкие тяжелый столичный воздух.