Мужчина моей судьбы (СИ)

— Очередной «приятный» сюрприз? — усмехнулась невесело.

Он молча кивнула в ответ.

За те несколько секунд, что забирала из его рук бумагу, успела напридумывать себе всякого. Что затейник Танфрад Пятый изобрел очередную каверзу — например, распорядился отослать Петьку в бессрочную командировку, чтобы облегчить наследникам соблазнение скучающей в одиночестве хэленни. Или кто-то из моих поклонников, особо настойчивый и нетерпеливый, решил ускорить события и вызвать графа Ольеса на дуэль. Под каким-нибудь вздорным предлогом.

Или с Салерром что-то случилось в этой подозрительно дружественной Сигилле. Вдруг его там, не дай Танбор, заманили в искусно расставленные сети, обольстили, женили? И нас, как близких родственников теперь приглашают на празднование знаменательного события?

Я так себя накрутила, что, пробежав глазами по строчкам, испытала что-то вроде облегчения. Письмо было от отца Мэарин — второе за все время нашей жизни в столице Намарры. Дарен, которого я осторожно расспросила о «родителях», рассказал, что из-за истории с Лейфри, маркиза отстранили от дел и сослали в одно из дальних имений.

На период расследования и в знак предупреждения — недолгая, но очень показательная королевская немилость при повторной ошибке могла стать бессрочной. Я, конечно, по-своему сочувствовала отцу Мири, но с облегчением приняла новость о том, что его нет в Тагрифе. Значит, не придется общаться с людьми, знавшими бывшую хозяйку моего тела с рождения. Именно с ними мне следовало себя вести максимально осмотрительно.

И вот теперь Астон возвратился и официально приглашал графа и графиню на обед. Видимо, чтобы даровать им свое прощение и родительское благословение. После того как его величество официально «амнистировал» Ольесов, маркиз получил повод, не роняя себя в глазах общества, наладить отношения с провинившейся дочерью и зятем. Чем и спешил воспользоваться. Счастливое воссоединение с близкими родственниками — еще одно, уже личное мое испытание. Трэй ни разу не пересекался ни с одним из Астонов, поэтому Петька чувствовал себя относительно спокойно, а вот я…

Пока ехали в карете, я постоянно прокручивала в голове подробности жизни Мири в родительском доме — важные и казавшиеся на первый взгляд совершенно незначительными.

Старательно собирала доставшиеся мне по наследству воспоминания и выуживала из них все новые и новые детали.

Так… С отцом все более-менее понятно. Жесткий и хитрый, но не самодур, когда нужно, бывает очень гибок.