Мужчина моей судьбы (СИ)

— О собаке, скромном колечке, что появилось на твоем пальце, и королевском племяннике, который внимательно за тобой следит, когда ты отворачиваешься? — быстро подхватила соседка, тряхнув золотыми кудрями.

Ну, о Дарене я как раз говорить не собиралась, но если Эари есть, что сказать по его поводу, с удовольствием послушаю.

— Да…

Вдали, подтверждая мое согласие, звонко тявкнул Шарик, и фрейя тут же уставилась на скалу, точно могла видеть сквозь камень.

— О щенке не беспокойся, никаких заклинаний на него не накладывали, — она на миг прикрыла глаза и провела рукой по лицу, будто смахивала прозрачную паутину.

— Пес как пес. Молодой, бестолковый, не в меру ретивый, одним словом — детеныш. Учить его надо, иначе вместо охранника получишь бесполезную игрушку. А в остальном все в порядке. Это ведь подарок, верно? От поклонника?

— От родственника, — подтвердила нехотя. — Орвальда Астона, брата Мэарин. Они раньше не ладили, а тут вдруг он пожаловал чуть ли не с извинениями. Вот я и подумала…

— Люди так переменчивы, — пожала плечами фрейя, рассыпая вокруг себя золотистую пыльцу.

— Йор считает, что в этом ваша слабость. А по-моему, и сила тоже. В любом случае, что бы ни испытывал к тебе Астон, дар его безопасен. Доверять, конечно, вот так сразу не стоит, но и того, что он изменил к сестре отношение, исключать нельзя. Присмотрись к Орвальду, но будь осторожна.

Я кивнула, соглашаясь. Хорошо, что с Шариком все обошлось. Дома мы с Петькой не держали ни собак, ни кошек, ни хомячков или попугаев с рыбками — не успевали ими заниматься, да и желания особого не возникало.

Но сейчас я неожиданно быстро привязалась к малышу — в этом мире, где все, кроме брата, от меня чего-то ждали, грела душу бескорыстная любовь щенка, его чистая восторженная преданность.

— А кольцо? — вернулась я к разговору. — Оно ведь тебе знакомо, да?

Эари резко отвернулась. Красивое, всегда такое оживленное лицо, потемнело, приобрело печальное выражение. А потом фрейя оттолкнулась от земли и стрелой унеслась в небо.

Удар сердца — и она растворилась в прозрачной синеве, чтобы через минуту вернуться обратно и запетлять вокруг меня. Они с Йором вообще редко сидели неподвижно, постоянно двигались, грациозно перепархивали с места на место. Но когда они вот так внезапно и стремительно «выстреливали» в воздух, это свидетельствовало о высшей степени волнения.

— Знакомо? Еще бы…

Фрейя наконец опустилась на траву возле самой моей ладони и замерла, жадно вглядываясь в мутный камень.