Морозный ветер атаки

Попытка прорыва немцев завершилась провалом. Бронетранспортёры увязли в колдобинах, утонули в снежных заносах. Вездеходы, оснащённые пулемётами, тоже далеко не ушли. Их расстреливали из орудий на открытом пространстве. Пехота спешилась, двинулась в атаку. Штурм наспех укреплённой полосы был отчаянный. Пехотинцы бежали в полный рост, вязли в снегу. Их косили из пулемётов, из автоматического оружия. Вражеский батальон сократился до роты, но противник продолжал наседать. Значение этого клочка земли невозможно было переоценить.

В какой-то миг оборона дрогнула. Противник уже подбирался к позициям, но с фланга ударил «Максим», который подтащили по буеракам. Повалил шеренгу гитлеровцев, вставших для последнего рывка. Остальные не выдержали, стали отползать.

Последующая контратака отбросила деморализованную пехоту, но развивать успех красноармейцы не стали, отошли. Силы были практически равные. Уцелевшие БТРы и вездеходы отползли в кусты, а через несколько минут их накрыла советская штурмовая авиация.

Советская пехота тоже понесла потери. Поступил приказ зарыться в землю. Никого не волновало как это можно сделать на двадцатиградусном морозе. А ночью температура опустилась ещё ниже. Отогревались у костров и «буржуек». Тёрли отмороженные уши и утешались мыслью, что фрицем сейчас ещё хуже.

За проявленное мужество семнадцать человек получили представления к наградам и дополнительную пайку наркомовских.

– Это что же получается, мужики, – задумался рассудительный завгар Уткин.

Мысль была интересной, но вряд ли имела отношение к истинной ситуации. То что врага остановили не могло быть заслугой отдельно взятого взвода. Потрудились все защитники столицы.

– Вы только не возгордитесь, – посоветовал Шубин. – А то зазнаетесь, возомните о себе не весть что.

Остатки дивизии бились на окраинах Лобни, держали районы Горки и Катюшки.

На северном и южном подступах к столице враг встретил упорное сопротивление. Наступление буксовало. В этой связи командование Вермахта подготовило удар на западном направлении.