Моя. Под запретом

Иначе не сказать.

– Он женат? – предположила Света, нахмурившись.

– Ох, если бы. Тут другое, – еще раз вздохнула Марьяна. – Он Фальковский.

– Машка! Я в шоке! – всплеснула руками Света. – Он же полный придурок. Отмороженный на всю голову. Демид говорил, что Виталий Фальковский связан с наркотиками. Маш, ты уверена? Это же он в Демида стрелял. Нас держал в плену.

– Уверена, Свет, – твердо ответила девушка, – Я правда его люблю. Только это не Виталий. Это его старший брат. Алек.

– Ну елки-палки, Машка! – воскликнула Света и тут же прикрыла ладонью рот, а потом тише, – Маш, обалдеть! Алек Фальковский? Маш, ты уверена, что все серьезно? Ты ведь и раньше встречала красивых парней.

– Мы сегодня переспали, – поставила Марьяна жирную точку в сомнениях сестры насчет ее отношений с избранником. – И Алек совсем не такой, как о нем говорят, Свет.

– Машуля, это катастрофа, – негромко прошептала Света, обнимая сестру.

– Знаю, – шмыгнула носом Машка, – я даже представить боюсь, что будет, если наши узнают. А Алек, он такой… Свет, ты даже не представляешь, какой он!

– Верю, – грустно улыбнулась девушка, – а он что? Маш, всякое ведь может быть.

– Свет, мы говорили с ним. Я же знаю, кто дядя Гоша, и кто папка. Алек знаешь, что ответил? Сказал, что я его свела с ума. И я вот прям чувствую, что так и есть. По глазам вижу, Свет, – делилась своей тайной Марьяна Тахирова.

Света лишь вздыхала. Младшая сестренка выросла. У нее появились взрослые секреты. И по-женски Светлозара радовалась за Машу.

* * *А в это же время на первом этаже дома Тахировых состоялся короткий разговор между двумя старинными друзьями. Короткий, немногословный, однако собеседники отлично поняли друг друга.

– Димон сторона заинтересованная, – в итоге нахмурился Тамик.

– Макс присмотрит, – кивнул Гоша, а после вздохнул, – будем надеяться, что просто все так совпало.

Тахиров хмыкнул. Не верил он в совпадения. Впрочем, как и сам Георгий Матвеевич.

Глава 17

Марьяна старательно придумывала, чем бы занять руки и голову, только бы не думать и не вспоминать о том, что случилось вчера.

Сложная задача. Невыполнимая. Особенно по той причине, что Саша не переставал писать короткие сообщения. Поздней ночью. Ранним утром. Днем. Теперь вот, перед самым ужином.