Мой мужчина

Его открытая улыбка, немного мальчишеские манеры неизменно производили впечатление. Он был этакий обаяшка, зеленоглазый шатен, вполне уверенный в своих достоинствах благодаря солидному капиталу.

— Как мило! Можно узнать ваше имя?

— Спенсер Эванс, к вашим услугам.

— Надо же, а мне сказали, что в городе не найдется экипажа.

— Вас ввели в заблуждение.

— Так, значит, экипаж все же имеется? — уточнила Аманда.

— Новейшей модели, доставлен всего месяц назад, — подтвердил Спенсер самодовольно.

— И его можно нанять?

— Кто говорит о найме? Просто сделайте мне честь и воспользуйтесь им.

На этот раз Чаду пришлось считать до сотни. Хватит и того, что эти двое говорили о нем в третьем лице, словно его здесь и не было. Меньше всего хотелось затевать драку в присутствии Аманды, но обмен первой же парой реплик со Спенсером неизбежно кончился бы плохо: одно дело — колкости Аманды, другое — гадости заклятого врага.

Те двое, однако, и не думали вовлекать его в разговор, занятые обсуждением подробностей.

Трудно сказать, понимала ли Аманда, чего ради Спенсер так расщедрился, но Чаду все было яснее ясного. Этот пройдоха знал, что только так получит возможность околачиваться возле Аманды.

— Завтра я заеду за экипажем, и мы…

— Нет, не заедешь, — перебил Чад, не в силах больше сдерживаться. — Экипаж тебе вернут.

— Это совершенно излишне, — настаивал Спенсер. — Мне не только не трудно, но и приятно навестить Рыжую. Она чудесно готовит!

Итак, он успел разнюхать, куда и почему направляются сестры Лейтон.

Как? Должно быть, каким-то образом встретился со стариной Уиллом и выпытал все, что может быть полезным. Чад был уверен, что Спенсер не упустит случая представиться дамам в первый же вечер, но тот, конечно, так долго наводил на себя лоск, что опоздал с визитом — утомленные дорогой, сестры быстро покончили с едой и удалились к себе. Тогда он взялся за Уилла.

Выезд отодвинулся на час, так как Чаду пришлось разжиться одеялами для ночлега и съестными припасами — всем тем, на что он не рассчитывал.

Еще одно досадное обстоятельство обнаружилось, когда Спенсер прикатил в экипаже и выяснилось, что Аманда не умеет править. Какого же дьявола она так настаивала?

Подобная неприспособленность удивила даже Спенсера — настолько, что он не сразу догадался предложить свои услуги, а когда обрел дар речи, править уже вызвалась горничная. И слава Богу. Заикнись он об этом, Чад без долгих разговоров дал бы ему в челюсть.