Мой бедный богатый мужчина

– Так что же нам с вами делать? – Не дожидаясь приглашения, Розенберг уселся на стул, подпер голову кулаком, как роденовский «Мыслитель», и томно посмотрел на Диану снизу вверх.

Она пожала плечами и с преувеличенным вниманием стала проверять, хорошо ли закреплены датчики кардиомонитора. В этом не было никакой необходимости, если бы хоть один из датчиков не держался на груди пациента, монитор моментально перестал бы записывать кардиограмму. Но, как говорится в романе «Театр», если уж сделала паузу, тяни ее, сколько сможешь.

– Может быть, вы согласитесь со мной поужинать?

Сердце Дианы, кажется, закрутилось вокруг своей оси. Неужели ее планы претворяются в жизнь? О, какая сейчас нужна собранность, чтобы не дать Розенбергу сорваться с крючка! Приглашение на ужин еще ничего не значит! Господи, вразуми!

Она обернулась и приподняла бровь – чуточку надменно, но в то же время дружелюбно. «О, хоть бы мои кривляния выглядели естественно! А вдруг я переигрываю? Он же взрослый человек и наверняка знает цену женским уловкам».

Розенберг смотрел на нее азартно и весело. Невозможно было понять, получает ли он удовольствие от флирта или забавляется ее манерами особы королевской крови.

– Так что насчет ужина? – повторил он. – В крайнем случае я согласен даже на дискотеку.

– Я не хожу на дискотеки. Но с удовольствием выпью чашку кофе в вашем обществе.

– Отлично. Где и когда?

Диана улыбнулась:

– Здесь и сейчас. Я предупрежу сестру со второго поста, чтобы присмотрела за больными, и угощу вас превосходным кофе.

– Звучит заманчиво. Но может быть, на нейтральной территории нам будет легче узнать друг друга?

Теперь на простоватой физиономии Розенберга читался такой явный мужской интерес, что ошибиться было невозможно.

– К сожалению, я сегодня дежурю.

– Хорошо, давайте у вас, – быстро согласился Яков Михайлович.

Диана повела его в комнату дежурных, зная, что в ней – идеальный порядок. Лада очень трепетно относилась к чайной комнате и нещадно гоняла молодой персонал, если кто-то забывал помыть за собой посуду или вытереть со стола.

Розенберг уселся на диван, попросил разрешения закурить и, выпустив клуб дыма, уставился на аквариум с рыбками.

Огромный, в полстены, параллелепипед с редкими породами декоративных рыбок привез в свое время Всадник. Его жена категорически потребовала избавиться от обитателей морских глубин, к которым начмед питал нежную привязанность.