Мой бедный богатый мужчина

И глупо утешать себя мыслью, что через несколько дней Мила опять уедет.

Диана переоделась, вытерла злые слезы и спустилась в кухню. Там уже наливали по второй.

«Они были бы рады, если бы я вовсе не спустилась», – подумала она и залпом выпила свою порцию.

– Но пора и начинать все-таки! – Мила вскочила и забегала по кухне, не зная, с чего начинать. Она буквально дрожала от переполняющей ее энергии и этим напоминала Диане артистку Ингеборгу Дапкунайте в передаче «Смак».

– В первую очередь давайте отварим овощи для салата.

"

"– Да, зайчик. Займитесь этим, а я разделаю мясо. Завтра вам останется только пожарить его, пока мы будем закусывать. Не знаю, как подавать горячее, на тарелках порционно или на блюде, пусть каждый себе берет?

– Я пройду с блюдом вокруг стола и положу каждому, – мрачно сказала Диана, – раз у нас нет ливрейного лакея…

Розенберг ее сарказма не понял:

– Говорил я тебе, Милочка, нужно было из ресторана нанять людей.

– Но Чесноков…

– Вечно он проявляет принципиальность, когда знает, что отдуваться за него придется другим!

Приготовления закончились только в первом часу ночи.

Между делом выяснилось, что на защиту Диана не поедет – кто-то ведь должен заправить салаты и накрыть на стол, чтобы участники банкета явились на все готовое. Не то чтобы ей очень хотелось присутствовать на ученом совете, но выйти в свет, показаться в элитных медицинских кругах в качестве супруги Розенберга… Это было бы приятно. А теперь все будут знать, что Розенберг никуда ее с собой не берет. Что жена нужна ему только для того, чтобы обносить мясом гостей.

Ей было очень горько.

– Ты спишь, зайчик? – Розенберг зашел в ее комнату и сел на край постели.

– Засыпаю. – Она демонстративно зевнула.

– Ты не обижаешься, что мы не берем тебя на защиту?

«Мы не берем»! Словно она ребенок, которого родители не берут в гости.

– Нет, нисколько. Я бы там с ума сошла от скуки. Я же медсестра, ваших ученых речей не понимаю.

– Да я и сам-то понимаю с пятого на десятое… Я бы с удовольствием остался вместо тебя, но должен наблюдать за Максимовым.

Он никогда не упустит возможности сделать ближнему гадость, пусть даже во вред себе. Я ему взятку дал, и он должен видеть, что я его контролирую. – Розенберг вздохнул. – Ох уж этот Помидор! Я столько сил и средств потратил на его диссертацию! Гораздо проще было просто купить ему диплом кандидата наук.

Розенберг прилег поверх одеяла и рассеянно стал играть с хвостиком Дианиной косы.

– Что-то мне не спится, – пожаловался он.