Миф об идеальном мужчине

К любовнице Лилии Борисовне Моисеевой он приехал в первом часу. До этого в боулинг-клубе гонял с приятелем шары и потом этого приятеля подвозил до Чистых Прудов. Если подтвердится этот приятель – чист Евгений Васильевич перед нами, как младенец. От Чистых Прудов до Хохловского на машине ночью ровно две минуты.

– Понятно, – сказал Андрей. – Посмотрим, что за приятель… И про больного друга надо как-то побольше разузнать. Сдается мне, что ветер дул со стороны того самого клиента, о котором Димка узнал в офисе этой самой “Интер трейдинг”.

Разберутся.

Андрей закурил.

– Значит, у нас еще не отработан родитель Элеоноры Ковровой, который считал, что Мерцалов совратил его чистую девочку. И еще, Игорек. Петра Мерцалова в ночь убийства дома не было, и где он был, никто не знает. Мать звонила ему три раза и сказала, что пропал Сергей и отец уже поехал к Ирине. Мы знаем, что у Ирины Мерцалов-отец не был. Ирине кто-то позвонил по телефону и оставил на автоответчике сообщение, что она – сука, получившая по заслугам.

– Ничего себе, – пробормотал Игорь, – Ничего себе…

* * *Многоопытная Ольга еще в машине сказала Диме, что проблемы у них вряд ли будут. Меценат, как они между собой называли умершего предположительно от сердечного приступа Юрия Петровича Василькова, был не старый, не бедный и не больной человек, поэтому страховая компания вполне могла заинтересоваться обстоятельствами его смерти.

– Да, может, он и вовсе не был застрахован! – Дима, опять надевший шикарный братнин костюмчик, злился и нервничал. Ольгина невозмутимость и, как ему казалось, безалаберность могли серьезно навредить делу. Кроме того, он совершенно не мог понять, зачем в таком простом деле, как выяснение обстоятельств смерти человека, вроде бы причастного к убийству, нужно придумывать какие-то сложные заходы и изображать из себя представителей страховой компании.

– Не имеет никакого значения, был он застрахован или не был. – Ольга энергично жевала яблоко и смотрела, как Дима выруливает с Петровки и пристраивается к плотному автомобильному потоку, в который со всех сторон вливались ручейки грязных, фыркающих, ревущих машин. – Вот увидишь, Димочка, никто ничего и не спросит. А если мы скажем, что мы из милиции, сразу же начнется паника и напряжение.