Мара

Короче говоря, я хотел бы поучаствовать в вечернем представлении.

— Хорошо. Я поговорю с Конрадом, нашим режиссером. Как ты держишься на лошади?

— Лучше любого наездника! — хвастливо ответил Вуди.

— Я скажу ребятам, чтобы были поаккуратнее с тобой.

Мара решила про себя, что Вуди остался очень доволен.

После того как Вуди покинул их, сославшись на важную встречу, Мара внимательно посмотрела на Джоко. Его ложь была похожа на легенды цыганских женщин — бужо. Но он не был цыганом. Он был гаджо. Где же он научился лгать так правдиво?

— Ты думаешь, он поверил во всю эту историю? — спросила Мара.

— Конечно, нет. Но он напишет статью о тебе, и она будет звучать правдоподобно. Ты должна иметь индивидуальность, чем-то отличаться от остальных. Ты можешь стать лучшей воздушной гимнасткой мира, но без этой легенды ты не будешь звездой. Ведь в этом-то и смысл костюмов, специальных трюков, смертельных номеров. Это все элементы игры. Волшебство. Таинство. Люди хотят обмана, хотят чуда. В цирке должно быть все лучше, чем в жизни.

"Его слова поразили Мару. Конечно, разве не эта магия заставляет ее замирать при первом же появлении клоуна на арене? Разве не чувствует она себя каждый день так, будто все сегодня впервые? И не это ли волшебство так манило ее всю жизнь, с самого детства?

Неожиданно для себя самой она рассказала Джоко о том, как в семь лет убежала из табора и попала в цирк.

— Владельца цирка звали Арни, толстую женщину — мисс Таня, а женщину на трапеции, кажется, Долли или что-то в этом роде.

— Это мог быть цирк Арни Маличи. Тогда воздушной гимнасткой была Глория Гибсон, она работала там много лет.

— Она до сих пор работает?

— Господи, конечно нет! Ей сейчас уж, наверное, далеко за сорок.

— А ты знаешь, где она сейчас?

Джоко вынул бумажник, достал несколько банкнот и положил на серебряный поднос.

— Ты поверишь, если я скажу, что она влюбилась в заморского принца, вышла замуж и живет в его замке в Испании?

— Нет. Почему ты так говоришь?

— Я обижен твоей подозрительностью. Знаешь, ведь есть ложь, которая помогает жить.