Мара

Я думаю, белый, чтобы оттенял ее волосы. — Он повернулся к Маре. — Ты сделаешь двадцать пять, девочка?

И снова Мара не знала, что ответить. Все тело болело, запястья были стерты до крови, хотя она и делала по нескольку раз в день соляные ванночки, чтобы кожа загрубела. Она с трудом выполняла двадцать один бланш в день. Как могла она добавить еще четыре?

С другой стороны, как могла она не добавить?

Мара глубоко вобрала в себя воздух.

— Будет сделано, мистер Сэм, — выдохнула она.

— О'кей, мы дадим тебе сольный номер.

Прежде чем она успела его поблагодарить, он уже развернулся и зашагал прочь. Оли покачал головой."

"— Ты уверена, что сможешь это сделать? Прокрутить двадцать пять бланшей два раза в день почти невозможно, — он улыбнулся. — Конечно, если с твоих белоснежных ручек начнет капать кровь, ты покоришь всех.

— Это шутка? — не поняла Мара.

— Да… шутка. Забудь об этом. Забинтуй руки, чтобы не попала инфекция.

Мара посмотрела ему вслед. Оли проявил к ней почти отцовскую заботу. Неожиданная волна счастья захлестнула ее. Она добилась-таки своего! У нее будет двадцатиминутный сольный номер!! Конечно, ей придется делать по пятьдесят бланшей в день, но сейчас Маре это не казалось такой уж высокой платой за успех.

Оли догнал мистера Сэма уже на улице.

— И что ты думаешь об этом? — спросил он.

— О чем?

— Об этом рыжеволосом чуде.

— Ну, это всего лишь один номер. К счастью, увлечения Лео длятся недолго.

Оли покачал головой.

— По-моему, ты несправедлив, Сэм. Ты видел, как на нее смотрел этот великан Лобо? Он держит канат вот уже десять лет, а я никогда не замечал такого восторженного выражения на его физиономии. Девчонка будет звездой, помяни мое слово!

— Все может быть.

— Знаешь, в этом есть что-то забавное. Муэллер настаивает, чтобы ты дал этой рыженькой номер, а сам даже не подходит к ней. Что, черт возьми, это значит?

— Кто его знает? Может, они встречаются поздно ночью? Но если он будет и дальше настаивать, я либо должен буду потакать ему, либо потеряю лучшего артиста. Надеюсь, он скоро бросит ее и она выйдет из игры.

— Что ж, это твой цирк.