Подруга особого назначения

— Так вот, — продолжил шеф, как будто не сразу вспомнив, о чем он хотел сказать. Очки сверкнули неумолимо. — Вы меня раздражаете, Варвара.

Она улыбнулась. А что ей еще оставалось делать?

— Да, — повторил он с нажимом. Кажется, ему не понравилось, что она улыбнулась. — Вы раздражаете меня. Вы неплохой работник, но я не могу с вами работать. Есть два варианта. Или вы подаете заявление по собственному желанию, и не надо мне никаких историй про то, что вы работаете в компании уже много лет и так далее, — он повысил голос, словно Варвара уже открыла рот, чтобы затянуть какую-нибудь историю, а он хотел ей помешать, — или я перевожу вас в дочернюю структуру.

— В… какую структуру? — спросила Варвара. Голос подвел. Оказался хриплым и жалким, странно прозвучавшим в тишине и тепле богатого кабинета. Впрочем, так, наверное, и должен звучать голос работника, которого увольняют потому, что он раздражает шефа.

Не он, а она. Она, Варвара, раздражает шефа.

— На Мичуринский проспект, — буркнул он.

— Спасибо, Альберт Анатольевич, — сказала Варвара и откашлялась. Теперь самое главное не зареветь в его присутствии. Потом можно. Потом — сколько угодно. До утра, накрывшись с головой одеялом, с подвываниями и тяжкими всхлипами, оплакивая свою пропащую жизнь. Сейчас — нет. Нельзя.

— Спасибо, Альберт Анатольевич, но на Мичуринский проспект я не хочу. Я напишу заявление, конечно же.

— Пишите, — приказал шеф и подвинул к ней заготовленный заранее листок бумаги.

— Завтра в десять совещание, — тихо сказала Варвара, делая над собой усилие. Нужно было писать, а руки были такими холодными, что пальцы не слушались. Примерившись, она поудобнее перехватила ручку.

Господи, как это пишется? Прошу освободить меня… Прошу вас освободить меня… Прошу вас разрешить мне… С такого-то числа стать безработной и никому не нужной.

— К совещанию подготовит все Владислава, — проинформировал ее шеф скучным голосом, — она приедет, и Лара введет ее в курс дела. Вы можете не задерживаться, Варвара.

— Я постараюсь не задерживаться, — четко ответила она и положила перед ним кое-как написанное заявление. Он размашисто подписал.

— До свидания.

— До свидания, Альберт Анатольевич.