Лютая охота

Но сегодня правила поменялись: от полицейских ждали, чтобы с самого кабинета они занимались одним и тем же. Допросами, которые невозможно было проводить из-за страховочных мер и совершенно невозможных, а зачастую и противоречащих друг другу требований. Уголовное расследование всегда было сложнейшей работой, требующей огромных усилий. Хитрый адвокат или непорядочный судья могли в одно мгновенье уничтожить месяцы труда и, словно этого им было мало, еще и нагромоздить кучу помех и препятствий. О результатах говорит недвусмысленная статистика: резко выросла незаконная торговля, показатели убийств стали самыми высокими в Европе, в два раза выше, чем в Испании, Германии и даже в Италии, не в обиду будь сказано Гоморре…[7]

В ящике стола Сервас нащупал пачку парацетамола с кодеином.

– Чернокожий парень, на которого надели оленью голову и, по всей видимости, охотились на него в лесу, как на дичь… Вы себе представляете, что начнется, если об этом пронюхает пресса? – раздался вдруг от двери чей-то голос. – Мы заинтересованы сделать расследование приоритетным, если этот чертов говнюк его утвердит…

Сервас поднял голову. В дверях стоял Шабрийяк, их новый патрон, человек лет пятидесяти, одетый в костюм, слишком узкий для его мощных плеч регбиста.

Сервас очень любил Стелена, который, не колеблясь, принимал рискованные решения, когда чувствовал, что это необходимо.

Он еще не успел оценить нового комиссара округа.

– Я велел, чтобы вскрытие сделали как можно скорее, – объявил Халк.

Потом с подозрением покосился на наряд Самиры, постоял, поднял брови и переключил внимание на Серваса.

– Майор, вы хорошо знаете, что дело это очень деликатное.