Любовь и опасность

 – У нас есть какой-то скот, или все было потеряно в тот день?

– Часть угнали ланкастерцы, часть – наши соседи, шотландцы и англичане.

Адэр кивнула.

– Весной мы купим новый. Сейчас нет смысла покупать скот и кормить его всю зиму, – рассудила она.

– Миледи, простите мою дерзость, но как вам с Элсбет удалось избежать бойни? Я бы не узнал вас, не будь вы так похожи на матушку. А это бедное измученное создание – одна из собак вашего батюшки?

– Под домом есть подземный ход. Родители увели меня туда вместе с Элсбет и Бейстом.

На другом конце нас ждали оседланные лошади. Мы переждали, пока не уйдут разбойники. Меня отослали к королю Эдуарду, у которого был долг перед моим отцом. Герцог Ричард Глостер встретил нас на лондонской дороге и отвез к королеве, которая в то время нашла убежище в Вестминстере. Последние десять лет мы прожили при дворе, – объяснила Адэр, не вдаваясь в подробности. Никому, кроме Элсбет, не обязательно знать правду о ее рождении. Она не опозорит Джона Радклиффа, который всегда был так добр к ней.

– Когда добрый герцог приезжал к нам и рассказал о вашем спасении, мы посчитали это чудом. Он обещал, что когда-нибудь вы вернетесь к нам, миледи, – всхлипнул Альберт. – И вы вернулись.

– Нужно как-то устраиваться, – заметила Адэр. – Ты должен рассказать, кто выжил, что осталось, и потом решим, что делать дальше.

Они вошли во двор, старательно подметенный, но совершенно голый. Розы и другие цветы, за которыми любовно ухаживала мать, давно погибли, а может, были уничтожены пожаром.

Какая жалость! Весной она все посадит заново, но сейчас уже слишком поздно: по ночам выпадает иней.

Альберт вынул из кармана ключ и вставил в скважину. Дверь распахнулась.

Внутри оказалось темно и сыро. Тусклые осенние лучи едва пробивались сквозь несколько не закрытых ставнями окон.

Адэр пошла по коридору, ведущему в большой зал, ее любимое место для игр, где было так легко спрятаться от нянюшки. Здесь было все по-прежнему… и одновременно совсем по-другому. Тихо. Так неестественно тихо… никаких признаков жизни.

Но не чувствовалось и присутствия духов невинно убиенных в тот ужасный день.

– Не могут ли жители деревни принести немного дров? Нам нужно до вечера согреть дом, – попросила Адэр оглядываясь. Зал был пуст, если не считать двух стульев с высокими спинками, стоявших у шаткого столика, сменившего прежний господский стол, и низкого диванчика, рядом с очагом, в котором не было ни единого полена.

– Крыша провалилась, и все внутри сгорело.