Любовь и опасность

Реками, где она водилась, владела только знать, а лэрд Клайта не принадлежал к аристократам. Элсбет состряпала также оленье рагу с морковью и луком-пореем, кроличий пирог с густой коричневой подливой, зажарила обвалянную в каменной соли половину говяжьей туши, подала каплунов с соусом из имбиря и лимонов. На столе красовалась даже туша небольшого кабанчика, имевшего глупость подойти слишком близ7 ко к замку в поисках обеда и вместо этого попавшего на обед к обитателям замка. Рядом высились горы караваев, кружков масла и головок сыра, рекой текли вино и эль.

Когда мужчины наконец отправились отдохнуть, Адэр медленно обошла замок, проверяя, все ли огни потушены, и только потом отправилась в спальню, где ожидал ее Конал. Он был обнажен и жаждал ее ласк, но Адэр нежно охладила его пыл, не желая торопить события в эту ночь. Он горящими глазами наблюдал, как она медленно раздевается, аккуратно складывая одежду, а потом умывается над тазиком.

– Ты расчешешь мне волосы? – спросила Адэр и, не дожидаясь ответа, вручила ему щетку из грушевого дерева.

Конал молча взял щетку и провел по черным волосам, но уже через несколько минут забыл обо всем и, обняв жену, сжал ее груди и прижался жаркими губами к ее плечу.

– Не хочу оставлять тебя, – прошептал он, играя ее сосками, и лизнул розовую раковинку уха.

– А я не хочу расставаться с тобой, но мужчина должен выполнить свой долг. Конечно, ты никогда не станешь знатным лордом, но от этого я не стану меньше любить тебя. Трусость может обесчестить имя Брюсов! Ты обязан поддержать принца! Я чувствую, что победа будет на его стороне.

Повернувшись в объятиях мужа, Адэр толкнула Конала на постель, наклонилась и стала лизать его тело горячим язычком.

– Я утешу тебя, муж мой, и ты уедешь завтра, зная, что должен вернуться ко мне, – шептала она, покусывая его соски, целуя живот и щекоча языком ямку пупка.

"Конал застонал от восторга и, сжав Адэр покрепче, стал целовать, пока у нее не закружилась голова. Она безудержно ласкала его, и он, скользнув между ее мягких бедер, стал играть с ее крохотной любовной драгоценностью зубами и языком, пока из лона не начали изливаться молочно-белые пряные соки. И только потом, взгромоздившись на Адэр, Конал наполнил ее своей плотью и стал ублажать, пока оба не обессилели.