Любовь и опасность

– Госпожа Стентона, вот кто, приграничная шваль! – рявкнула Элсбет.

– Да ты горячая штучка! – хмыкнул шотландец. – Пожалуй, сумеешь согреть мужчину в холодную зимнюю ночь!

Он пощекотал Элсбет под подбородком, но тут же с воплем отдернул окровавленную руку: женщина успела полоснуть его ножом.

– Сука! – проревел он. – Ты за это заплатишь!

– Джок! – одернул его пожилой мужчина среднего роста, с седыми волосами и властным видом. – Не покалечь пленников! Я не потерплю насилия!

– Значит, сэр, вы здесь главный? – спросила Адэр.

– Совершенно верно. Я Уильям Дуглас. А кто ты?

– Адэр Радклифф, госпожа Стентона. Полагаю, вы пришли за скотом? Берите его и оставьте нас с миром.

– Ваш скот, ваше зерно, которое вы так заботливо собрали, и пленников, миледи, – любезно ответил Дуглас. – Конечно, скот стоит дороже. Но на границе существует прекрасный невольничий рынок. На ярмарке в Михайлов день можно продать и купить кого угодно. Я, разумеется, буду счастлив получить за вас выкуп, если сообщите, к кому мне обратиться.

– Недавно погиб.

– А дети?"

"– Мы прожили совсем немного.

– Ваши родители?

– Лежат на склоне холма, сэр.

– Но хотя бы родственники!

– Увы, в живых никого не осталось.

– Может, у вас где-то спрятано золото? – вежливо осведомился он.

– Будь у меня золото, сэр, какие гарантии, что вы возьмете его и уйдете?

– Я человек слова, – с абсолютной серьезностью объявил Дуглас, – но если у вас нет золота, мне ничего не остается, кроме как забрать вас и продать на ярмарке в Михайлов день.

– Сэр, умоляю, отпустите нас, – тихо попросила Адэр. Уильям Дуглас мягко улыбнулся. Его лицо, по контрасту с седыми волосами, казалось совсем молодым. Приподняв подбородок Адэр, он посмотрел ей прямо в глаза.

– Мадам, сожалею, что должен отказать такой красавице, но приходится.

Его голубые глаза были холоднее льда. Отвернувшись, он бросил Джоку:

– Ну что, все готово?

– Да, милорд, я велел привести телеги.

Слыша наглые речи, Адэр вдруг подумала: «Почему я стою и позволяю свершиться несправедливости?»

Оторвавшись от толпы, она помчалась по деревенской улице.

– Бегите! – кричала она. – Бегите!

Послышался топот: очевидно, остальные последовали ее примеру. Шотландцы сыпали проклятиями, женщины визжали.