Любовь и опасность

– Возможно, она вспомнила, как ты не любишь постоянных поездок от дворца к замку и обратно, – предположила Адэр. – Элизабет всегда умела подметить любые мелочи и привыкла думать о других.

– Пфф! – фыркнула Элсбет. – Я собрала тебе сундук с вещами.

Адэр покачала головой.

– Мы будем путешествовать налегке, верхом, и для сундука места не хватит. Станем довольствоваться тем, что удастся уложить в седельные сумки. Поеду в мужском костюме. Дай мне две чистые камизы, два простых платья, головную повязку с красным рубином и черные туфли.

– Вряд ли графине Стентон следует появляться в таком виде в Виндзоре, – пробормотала Элсбет. – О чем вы только думаете, госпожа?

– Если Бесс желает меня видеть, нужно поторопиться, – возразила Адэр. – Будь это официальный визит, королева прислала бы мне письмо и дала бы время подготовиться. Тут что-то другое, хотя я понятия не имею, чего она от меня хочет. Все же теперь она королева и к тому же моя родственница. Я буду скакать во весь опор, но сомневаюсь, что меня пригласят погостить надолго.

Поездка на юг действительно оказалась короткой. Капитан был счастлив, что Адэр умеет скакать по-мужски, поскольку это позволяло им передвигаться с большей скоростью. Клара тоже ехала верхом, задрав юбки и взгромоздившись в седло. Когда они добрались до Виндзора, она привела Адэр в помещения для слуг, где та никогда не бывала раньше. Она попросила у Клары тазик с теплой водой, тряпочку и, как могла, смыла дорожную пыль с лица, шеи и рук.

Открыв одну из седельных сумок, Адэр вынула платье оранжево-красного бархата и осторожно развернула. На нем не было ни морщинки, поскольку у Элсбет был свой способ складывать вещи. Адэр тщательно расправила все складки, натянула чистую камизу и надела поверх платье с длинными узкими рукавами и небольшим квадратным вырезом. Элсбет догадалась положить в сумку кушак из золотой парчи, расшитый жемчугом и прозрачными сверкающими камнями.

Волосы насквозь пропылились, так что пришлось поработать гребнем. Когда волосы вновь заблестели, Адэр перехватила их головной повязкой с рубином в центре. Жаль только, что здесь не нашлось зеркала!

Под конец она сунула ноги в туфли. Наступил полдень, а она еще ничего не ела с самого завтрака, состоявшего из овсянки и черствого хлеба, которыми их угостили в женском монастыре, где они провели ночь.