Любимый с твоими глазами (СИ)

Он предлагал мне ее найти, я отказался. Это был второй раз, когда мне предлагали ее разыскать, но уже более обстоятельный. В третий раз вмешалась судьба. Та уже не спрашивала, просто привела меня обратно домой…

- Отношения — мрак?

- Их нет.

- Узнает — будут.

- Мне так не нужно, - снова усмехается.

- Гляньте на него. Герой нашего времени?

- Я и так о многом ей врал, хватит. Заслужу поступками.

- И как ты это сделаешь, если молчишь об этих поступках? Елагин…

- Я просто прошу сделать, как я сказал! - срываюсь, делаю затяжку, потом мотаю головой, - Прости.

Рвет меня что-то.

- Понимаю. Девчонка-то красотка.

- Секс здесь ни при чем.

- Не тянет?

- Дико, но это не так важно. Я на нервах из-за всего этого дерьма. В таких делах ведь полный ноль. Интриги не мое."

"- Да, знаю. Прямолинейный ты. В бизнесе хорош, но в остальном... Учиться тебе еще и учиться.

- Я хочу просто спасти свою семью, Алан.

- Понял уже. Раз готов пойти на такое, все настолько серьезно?

- Да полный…

Дверь в дом открывается, обрывая грязное ругательство, и Алиса выходит в закрытом платье.

Я на это улыбаюсь — точно не понравился ей Берсанов. Неловко от его взглядов? Это хорошо. Обычно я видел другую картину, конечно…

- Я готова, - говорит тихо, когда подходит к нам, - Только давайте на улице сядем? Не хочу разбудить сына.

- Как хозяйка велит.

Ну вперед. Я отбрасываю сигарету, а потом попадаю в плен ее глаз — бесится адски. Я уже даже не задаюсь вопросом, что опять сделал не так?! Но на этот раз молча выйти из ситуации тоже не выходит.

Когда я с ней ровняюсь, Алиса шипит мне:

- Ты козел. Снова меня обманул?!

- Я не…

- Поговорим об этом потом. И, Елагин, имей ввиду — ты пожалеешь.

Очень горячо прозвучало. Алиса задирает носик, идет за Аланом, указывая ему дорогу, а я завис. Так улыбаюсь глупо, смотрю на нее, и снова поражаюсь: ты все сразу поняла… умненькая моя девочка.

Глава 16. Разорвать порочную нить

Олег

Пока я говорил, Алиса молча кусала губу, а Алан курил.

Слушал внимательно, не отвлекался ни на секунду — я ему за это благодарен. Боюсь, что сейчас я обладаю гораздо меньшим хладнокровием, нежели обычно, так что взорваться могу в любую секунду. Это плохо. Никому не нужное лицедейство, так сказать, сейчас эмоции нужно отодвинуть в сторону решительно. И у меня что-то типа «выходит».

Наконец, все сказано — его не воротишь, а я сжимаю сильно руки, смотрю на него. Волнуюсь.